— Ну надо же, даже финалистку экзамена на чунина притащили на охоту за моей задницей! — насмешливо фыркнул я.
— Ничего личного, сенсей, просто выполняю приказы, — пожала плечами куноичи, вытаскивая танто из ножен.
— Это ты ответственен за пропажу наших команд? — решила подать голос джонин.
— Может да, может нет, кто знает? — пожал я плечами.
— Предлагаю тебе сдаться и добровольно пойти с нами, — скрипнула зубами женщина, игнорируя мою подначку.
— Уже бегу оказаться в лапах Кумо, чтобы меня убили или использовали как бычка-производителя, чтобы улучшать породу ваших бойцов, — фыркнул в ответ, не принимая предложение всерьез.
С самого начало было ясно, что она тянет время, чтобы дать восстановиться подчиненным и не более того.
— Тогда я с удовольствием надеру вам задницу, клоны вы или нет, — сверкнула джонин оскалом белоснежных зубов в темноте и встряхнув руками, окуталась покровом молний.
— Райтон но Йорой!
Яйца биджу! Теперь понятно, какого хрена команда этой тетки оказалась в преследователях одна!
— Возьми чунинов, — отрывисто приказал двойнику, лихорадочно ускоряя ток чакры в теле до предела и быстро складывая четыре печати, — Чидори Нагаши!
Несмотря на то, что я ни на мгновение не отрывал взгляда от фигуры куноичи, да еще и подсвеченной райтоном, стремительный рывок вперед все равно почти застал врасплох. Нырнув под рукой, пронесшейся в том месте, где еще мгновение назад находилась моя голова, я откатился в сторону и ответил очередью шурикенов из печати на ладони, мимоходом отметив результативность собственного покрова — током от задевшей ауры Райтон но Йорой меня не долбануло.
— Неплохо, — рыкнула джонин, тормозя и плавным движением разворачиваясь.
А я с некоторым облегчением понял, что куноичи явно не до конца освоила использование этой убийственной техники, если при увеличении скорости и рефлексов, еще страдает от влияния инерции тела. Помнится, Эй таким недостатком во время четвертой ВВШ не страдал. Но даже так, продемонстрированная скорость лишь чуть-чуть не сравнялась с уровнем Мито-чан! Джонин снова бросилась вперед, но я успел за доли секунды до этого кинуть на землю бумажку, ставя кеккай.
— Гах! — куноичи с хрустом сломанного носа впечаталась в возникшую стену барьера и проломив его, получила мощный удар в живот.
Последующий выпад коленом в лицо она уже успела заблокировать, игнорируя боль и тут же ответила, задев плечо, несмотря на попытку уйти в сторону. От сильнейшего удара меня развернуло и прямой выпад обрушился на ребра прежде, чем удалось разорвать дистанцию. Заваливаясь в ту же сторону, чтобы смягчить вред и уходя перекатом вне досягаемости еще не разогнувшейся куноичи, я блокировал болевые сигналы и про себя порадовался укрепленным костям, до предела накачанным чакрой — более слабого шиноби уже переломало бы.
— Кха, ублюдок! — выругалась джонин, со свистом втягивая воздух и сплевывая кровь. — Как мул копытом лягнул!
Разгибание ей далось с явным трудом.
— Уж кто бы говорил — чуть кости в труху не размолола, хренова копия Тсунаде Сенджу! — отозвался я, поднимаясь на ноги.
Левая рука слушалась не очень и я быстро приложил окутавшуюся зеленым ладонь к поврежденному месту. Пары секунд передышки вполне хватило, чтобы восстановиться до приемлемой кондиции.
— Ксо! Забыла про ирьёнина, — воскликнула беловолосая, — больше такой ошибки я не допущу!
И верная собственному слову, насела на меня, обрушивая град ударов руками и ногами, но так стремительно уже не кидалась, закономерно опасаясь подлянки. Вот только я уже немного приноровился к скорости тайдзюшницы и прямолинейному стилю, с трудом, но уворачиваясь и отводя удары в сторону, предельно сосредоточившись на противнике. Конечно, получалось не всегда, но напитанные чакрой мышцы достойно выдерживали скользящие удары ценой гематом и ушибов. О чем-то большем, нежели редкие контратаки не могло быть и речи. Из-за этого я чуть не пропустил пришедшие воспоминания развеянного клона, но оскаленная пасть кошки из молнии в последние мгновения жизни каге буншина заставили осознать глубину жопы на подходе. Чудом не поплатившись за долю секунды отвлеченного внимания, я немыслимо изогнулся, пропуская сокрушительный пинок мимо уязвимого места любого мужчины. Хрустнув протестовавшим позвоночником и практически растянув шпагат, я лягнул противницу в грудь одновременно с мощным выбросом чакры из тенкецу ноги. Несмотря на поставленный блок скрещенных рук, ее приподняло и отбросило назад и вверх. Не теряя времени, я одной рукой уперся в землю, возвращая вертикальное положение, а другой рванул с пояса средний из пяти свитков. Его край так и остался зафиксированным шнуровкой, способствуя скорейшему разворачиванию внутренней стороной от меня. Чувствуя, как сбоку приближается ослепительный сгусток чакры, я развернулся и впечатал пальцы второй руки во внешнюю сторону свитка.