Влага с глаз довольно скоро высохла, а дрожь в теле унялась, голос с сиплого крика вернулся на прежнюю тональность. Сестра также обнимала Адена, а тот её не выпускал: обнимал со всей силы одной рукой, а другой теребил её длинный пряди, словно те были маленькие карамельные змейки.
Она сделала спокойный глубокий вдох полной грудью, после чего её сразу же отпустили.
— Теперь расскажи мне всё что тебе снилось в подробнейших деталях.
И тут Эстель поняла, что перед ней не фантомный образ восьмилетнего мальчика, которому нужно помогать завязывать шнурки и при проступках которого необходимо по-маминому ворчать за неряшливость, а её настоящий живой брат, о котором она забыла из-за неродителей, который самостоятельно столько пережил. Теперь на него самого можно положиться.
Это озарение подарило тепло испуганному сердцу.
— Хорошо, — начала она, прокашлявшись, — Я будто проснулась под дубом…
Непонятно сколько прошло времени с начала её рассказа, потому что она уделяла время каждому вспомнившемуся фрагменту: от момента пробуждения, новости о приезде родственник до луговых пейзажей и расцветки гамака на веранде. Она не стала скрывать танцев в зале, который заранее описала, или тонких подколов Дорана насчет слабости его внука — Аден на это обидчиво фыркнул, что вызвало у Эстель улыбку, — в науке владения эфиром.
Когда Эстель все рассказала, то сама медленно потянулась к брату, чтобы того приобнять за плечи. У Адена был необычайно — не типичный для него, — задумчивый вид.
— Что нам теперь делать, Аден? — она ещё сильнее опёрлась спиной на брата, смотря в окно.
— Честно признаться, то я многие из этих вещей уже слышал. — сказал парень, отодвигаясь от сестры, — И насчет проклятья слышал, что оно должно на нас закончится. Только что за проклятье, за что наложено?
— И почему так изменились родители… Ты помнишь, после чего они такими стали?
— Нет. — он кинул взгляд на сестру, а после в небо. Начинает вечереть, а они до сих пор в ночных пижамах, — Просто в один прекрасный день они возвращаются с работы уже такими, а мы с тобой от удивления весь день просидели в комнате, стараясь не попадаться им на глаза.
— А тогда-то мы думали, что они просто сильно устали, — улыбнулась девушка детским воспоминаниям, — Аден, они же сразу после твоего исчезновения травили меня… Столько времени… Скажи мне. Скажи…
Она взяла его за руку, посмотрев в глаза.
— Я же буду жить?
На девичьих изумрудных глазах появились алмазные кристаллы, стекающие по щекам небольшими водопадами.
— Я хочу жизнь. Я так хочу жить. Я не хочу бояться. Я хочу найти место, где я буду в безопасности и самой собой…
— Конечно будешь! Ещё как будешь! — Спохватился от удивления Аден, прижимая девушку к себе за плечи. — Разумеется найдешь своё место, и признание отыщешь, и смысл жизни обретешь. Всё будет хорошо. Лишь бы такими же не стать, когда мы вырастим.
Эстель по тону поняла, что тот имел в виду родителей, а сама же прыснул со смеху. Какая глупость! Стать такими же… несуразица!
— Он говорил про какого-то родственника. — произнесла девушка, настойчиво вспоминая каждую деталь своего сна. — Ну, я имела в виду Дорана. — ей пришлось уточнить, увидав непонимание в глазах брата, — Можно попробовать покопаться в архивах города, если, конечно, дадут разрешение.
— Не выдадут — сами сунут с превеликим желанием. — засмеялся Аден, — Мы под покровительством Агапита, а как бы это меркантильно не звучало, но у него много связей, благодаря которым можно найти всё что угодно! Кстати, Сомниант с многими из них тоже знаком, поэтому мне удалось спасти тебя. А насчет других родственников…просто ранее я не занимался этим так серьезно, главная задача заключалась в твоём спасении.
— Знаешь, звучит так, будто ты ради меня прошёл огонь, воду, и медные трубы. — она кинула смешливый взгляд, но увидела лишь серьезную глубину в глазах брата. Она попала прямо в цель и тут же стала пытаться перевести тему. — Честно, то во сне все гости были такими веселыми. Хотелось бы познакомится с каким-нибудь нашим родственником.
— Одно могу сказать точно: семейка у нас чумовая. — усмехнулся Аден, вспоминая рассказ Эсти с плясками на площади во время фестиваля Луностояния.
— Постарайся расслабиться. — начал он и приобнял сестру, давая понять таким простым движением, что уже пора вставать. — Мы обязательно что-нибудь вместе придумаем и всё узнаем.
— Ты прав.
Девушка поднялась следом за братом с кровати, и каждый, взяв по комплекту сменной одежды, после отправился в разные ванные комнаты.
Эстель повернула голову в коридоре, посматривая на уходящий силуэт брата. В этот момент открылась одна соседних дверей, и, испугавшись, ей пришлось шмыгнуть за угол. Из комнаты вышел парень с коричневой встрепанной копной волос и торчащими ушками из них, он повернул голову в левую сторону, заметил уходящего парня.