Эстель и не заметила, как Лаумас уже прыгнула к ней на кровать, поджав под себя колени и раскрыв большую книгу — почти в половину роста эльфийки. Перламутровые аметистовые глаза заблестели, как только бледные пальцы оказались на первой пыльной странице.
— Какая красота! — всплеснула руками Морокко, замечая индивидуальные развороты для цветов с медицинскими пометками, уточнениями и контекстными словосочетаниями. — Это ты сама всё сделала?
— Это только один из пяти томов, остальные у меня дома… — смущенная Лаумас с нежностью провела учебник по корочке, — Родители любят их перечитывать, пока я учусь.
— О, — Эстель ткнула пальцем в одно из предложений, пока с интересом аккуратно перелистывала книгу, — так роза представляет собой не только страсть, но и первый этап в отношениях? — Лаумас только кивнула с мягкой, застенчивой улыбкой.
В голову явно что-то ударило, потому-что Эстель не успела даже подумать, как уже произнесла возникший в голове вопрос, который донимал её ещё с первого урока у Лейсана.
— А, кстати, прости, за столько бестактный вопрос, но мне интересно, потому что от никого прямого ответа не получила. — Эстель закусила губу, понимая, что ляпнула не подумав, и видя, как соседка с заинтересованностью замерла. — Это правда, что ты дочка правителей острова Бона и морской области Перла?
Денника, уже нацеленная отвечать на вопросы про цветы, в досаде зажала губы, вздыхая.
— Да, правда. Но я не люблю, когда слышу о своём титуле в обыденные дни. Я такая же ученица, как и все живущие в этом общежитии. Без привилегий.
В тихой комнате отчетливо было слышно, как она с раздражением поставила пальцем на абзац в книге. Она явно не хотела продолжать эту тему, а Эстель большего и не хотела слышать. Главное - узнала, что хотела. Денника продолжила:
— В зависимости от цвета роз может толковаться её значение, а так же зависит и от вида подаренной или продемонстрированной розы, и самое главное - от обстановки вокруг. Например, черная роза означает смерть, скорбь и гибель, но иногда значит и перерождение - новое дело, успех или путешествия.
—Ого, как иронично! — Эстель позволила себе усмехнуться и подползти к Деннике ближе, опираясь плечом о её плечо, а теперь всматривалась в аккуратные силуэты засушенных цветов и каллиграфические надписи.
Зеленные глаза скользили по желтевшим страницам, от одной надписи в другой, а биение сердца с каждым разом отдавало в голову всё сильнее. Это так мило!
Азалия — олицетворение женственности, хрупкости, кротости, сдержанности, преданности; но в то же время — страсти и печали. Принято дарить перед нежеланной разлукой. Преподнося азалию, вы как бы говорите: «Я надеюсь, Ты дождешься меня», «Береги себя для меня», «Я верю Тебе!». Когда партнер дарит этот цветок, он признается, что вы для него — единственная и неповторимая.
— Есть например цветы, значение которых раскрывается целым предложением. Вот, например викария! — Лаумас ткнула на очередной рисунок нежных маленьких цветов. — Их название расшифровывается вопросом: “Потанцуешь со мной?”.
— Это так интересно и… изящно… — заворожённо промолвила Эстель, не отрывая взгляда от книги. Через миг она уже подорвалась, схватив бледную ладонь в свои. — Научишь меня языку цветов хоть чуть-чуть? Ну пожалуйста!
— С радостью! — Лаумас сощурилась от блеска детских изумрудов в ночи, но не перестала улыбаться, медленно вытаскивая свою ладонь из крепкой хватки. — Смотри: у гвоздик очень много разнообразных толкований. Полосатая означает отказ, одноцветная - согласие. Ещё очень многое зависит от цвета, например…
— Что вы тут, цветочки рассматриваете?
Лаумас замерла, удивленно заморгала и продолжала ещё несколько секунд пялиться на собственный палец на изображении жёлтой гвоздики. Ноктис рассматривал нарисованное изображение. Однако она окончательно очнулась, когда услышала грохот с боку.
— Где эти, о боги, носки! — Аден с мокрыми волосами, в академических штанах и мятой рубашке плюхнулся на пол, пытаясь в тумбочке найти нужный предмет одежды. — Мне кажется, кто-то из пацанов поворовывает носки, когда вы их вешаем сушить… Да где они?!
— Сомниант, вы где пропадали?! — встрепенулась Эстель, смотря на перед ней стоящего парня, который пытался руками посушить влажные вьющиеся волосы. — Мы уже думали, что вы там в люк провалились!
— Так чего не ринулись спасать? — усмехнулся Ноктис, поправляя рукава на рубашке. — Да и вижу я, как вы усердно и заинтересованно думали о нашей пропаже.