стине полюбила лили во время поездки в ботанический сад, когда девочка была её совсем маленькой. От нахлынувшего воспоминания заболела голова, и поморщив черты лица, Эстель пообещала себе выпить лекарство как вернётся и вспышка боли прошла. И вот так всегда. День за днём, неделя за неделей, год за годом. Родители постоянно заняты, хотя обещают уделить время ей, но тут же убегают по одному звонку с работы. Няня сидит в других комнатах, словно совсем чужая. Подруга не всегда захочет тащиться за тридевять земель в гости. А она сидит одна в этом замке. Замок, о котором многие мечтают. Замок, который стал ей уже противен этой пустотой и холодностью. Замок, который когда-то был пропитан счастьем и звонким смехом. Она поднесла один кусочек еды ко рту, жуя его и чувствуя уже для неё пресный вкус. Он встал комком в горле и через силу прошёл дальше. Показалось, будто она проглотила не кусок яичницы, а обиду насильно. Ей не нужны все эти деньги, бизнес родителей, который достанется ей потом, не нужен дом, дорогие продукты и украшения. Хочется тепла. Простого и элементарного. Увидеть улыбку на холодных и безразличных лицах, а не фальшивку, которую они выдавливают уже несколько лет. Путешествий, совместного отдыха и веселья. Хочется, чтобы родители всё знали о ней и её идеях, мыслях. Как это было раньше. Просто хочется чего-то родного, что было давно утеряно. Так хочется заново обрести своё место в этом потускневшем мире, с редкими взрывами красок. Хочется быть нужной, а не удобной. Очнулась Эстель лишь спустя пару минут, как заметила, что падающие слёзы начали вызывать дрожь по поверхности сока в стакане. Тихо охнув, она быстро стёрла выступившую из глаз влажность долой и глубоко вдохнула грудью. Улыбнулась своему отражению в поверхности железной тарелки, быстро доела оставшуюся еду и поднялась со стола. Под струёй воды ополоснула руки и вышла с комнаты. Да, она снова осталась одна дома. Но и что с этого? Зато никто не будет следить за тем, что она делает и не будет контролировать. Это же так замечательно! Так много свободного времени, которое можно рационально распределить на то, что ты поистине хочешь. Небольшой период времени, когда можешь почувствовать себя свободной. И так и было. Половину дня она потратила на рисование, ещё треть на просмотр сериала, ещё немного времени на изучения астрономии, которая ей просто так нравилась. Она выходила на улицу, а точнее во внутренний двор, там читала книгу, подставляя лицо по лучи солнца, и ощущала на ладонях холодные брызги воды из фонтана. Стрелка часов настенных часов пролетала всё быстрее и быстрее, как только она входила в этап сильного увлечения каким-либо делом. Когда человек увлечён чем-либо – то он тратит всё своё время на это и вкладывается по полной. Лично она так и считала, и придерживалась этому. И вот Морокко стоит в ванной, перепачканная в акварель, руки в потёках от шариковой ручки, а вокруг рта крошки от съеденного торта во время просмотра подросткового сериала. Улыбнувшись довольно при виде своего отражения, начала после отмывать все следы своего творческого взрыва и импульсивности. Избавившись от всех красок на теле, она вышла из помещения и направилась к себе в комнату. Включив на колонках возле рабочего стола свою любимую песню, девчушка начала прибираться в комнате. На улице уже начало темнеть, начинались сумерки. Последние лучи солнечных зайчиков бегали по полу, ища куда-бы им спрятаться до следующего восхода солнца, иногда запрыгивая на ступни девчушки. Родителей до сих пор не было, а Рози заснула в отцовском кабинете за вязанием шарфа лилового цвета. Эстель танцует в комнате под весёлую музыку, кружится по помещению, словно какая-то пчёлка, убирает всё на место. Карандаши в коробку, альбом в тумбочку, ноутбук на стол, а кровать поправить. И всё делать с улыбкой на лице и напевая песню. Матрас жалобно скрипнул, когда она с разбегу прыгнула на него и начала тяжело дышать. Новый рекорд. Убрать комнату за двадцать минут! На три минуты быстрее чем раньше, да и при чём при большем кавардаке чем когда-либо бывало. Довольная своей работой, зеленоглазая улыбнулась и посмотрела в потолок. Да, всё-таки полезно иногда радоваться таким мелочам. Ты вновь можешь почувствовать себя ребёнком и не думать, что время ускользает из под твоих собственных пальцев. Взгляд помутнел и мысли улетели куда-то в сторону. Какое-то странное ощущение накрыло её. Но её размышления прервала громкий крик из колонок, и, нервно дёрнувшись, она побыстрее выключила их, боясь разбудить горничную раньше времени. Колонки замолчали, и тихий вздох облегчения был слышен на всю комнату. Морокко подошла к окну, выходящее на главную дорогу. Машины папы или же маминой не было видно. Расстроенно хмыкнув, она уже хотела вновь подойти к кровати и упасть в мягкие простыни, но замерла от увиденного. Раннее полностью прозрачное окно словно обдало холодным воздухом. Пальцы удивлённо и неловко прикоснулись, чувствуя мороз даже через противоположную сторону. Белое, словно затуманенное облако, пятно распространилось дальше по окну под удивлённый взгляд глаз. Девчушка взвизгнула и отскочила от окна как ошпаренная, но в миг прикрыла себе рот рукой. По стеклу начали вырисовываться чёрточки, палочки, закорючки, которые после вырисовывались в красивые каллиграфические буквы. “Ты хорошо видишь написанное?” – прочла шатенка вопрос на стекле и тут же передёрнулась. Нет, это уже какой-то бред. Вчерашняя ситуация до сих пор никак не могла отложиться в её голове и ей казалось, будто всё привиделось. И тут бац! И нечто из ряда вон выходящее вновь происходит. Даже более странное, чем вчерашний день. Нет, она просто переутомилась за вчерашний и сегодняшний день. Сейчас она выпьет травяного чаю для успокоения нервов и сразу же пойдёт спать, не дождавшись родителей. Это может галлюцинация, вызванная на нервной почве с родителями и приближающимся шестнадцатилетнем. Точно! Ей же исполняется шестнадцать! Это может из-за всплеска гормонов. Эстель пытается себя убедить, успокоить и отвлечь, объяснить своему восторженному разуму, что это вымысел и рассудок пытается подавить детское чутьё. Поэтому отворачивается и собирается выйти из комнаты, но… какое-же у неё сильное чувство любопытства, что это всегда приводит её к проблемам и конфузам. И всё же ей интересно что происходит, ведь она видит новую надпись, чуть другим подчерком: “Не бойся”. Горячий пар обдаёт стекло, когда те нарисованные буквы уже практически исчезли, и она вырисовывает свои. Не старается особо, как может, а пальцы подрагивают от волнения и мороза на кончиках фаланг. Зеленоглазая не пишет ответ, это было бы слишком скучно, а пытается ответить вопросом на вопрос, но от их количества голова начинает гудеть, поэтому она вновь и вновь пишет, а после стирает не дописав. Спустя пару мгновений на стекле вырисовывается буквы. “Что вы хотите? Как проворачиваете это?”