Заметив вошедшую гостью, учительница тут же спохватилась, начиная расспрашивать девушку о первом учебном дне, предлагая посидеть вместе с ней, выпить чаи и поговорить обо всём. Эстель учтиво отшутилась от всяких сладостей, согласившись на чай, пока взрослая женщина объяснила бы ей концепцию незнакомого ей урока и дала бы материал на домашнее изучение. Культурологией оказался предмет, граничащий между географией и обществознанием, довольно простой в изучении, исходя из слов самой учительницы.
Каждый урок предполагалось изучать обычаи и культуру существующих или давно вымерших видов. Программа устроена таким образом, чтобы знать самых древних представителей, а после двигаться в сторону более молодых предков, известных семейств, сохранившихся обычаев. На первых уроках должны были рассказать про все те виды, погибшие при переселении на Тейнс и войне людей с Богами.
Получив небольшое задание, в виде прочтения первых двух глав учебника для общего ознакомления, и рассказав немного о прошлой жизни на Рандисе, Эстель депортировалась из кабинета маленького корпуса в кабинет, находившийся на втором этаже. Розалия должна была находиться в расширенном кабинете, подходящего для практических занятий.
Ком в горле никак не хотел проходить, а как только девушка достаточно успокоилась, чтобы без дрожи в пальцах положить ладонь на ручку, то в ту же секунду послышалось за приоткрывшейся щелью двери:
— Входите!
Тело Эстель сразу же покрылось мурашками, начиная дрожать как осиновый лист. В кабинете стоял кто-то из класса Сомнианта и Адена, какой-то незнакомый ей парень с мольбой в глазах посмотрел на девушку, которая ничего не могла сделать.
Серые брюки идеально подчеркивали длинные ноги женщины, когда как сверху была надела чёрная рубашка с рукавами три четверти, на которой длинные рыжие волосы казались языками адского пламени. Серые глаза недобро посмотрели на вошедшую девушку.
Август махнула рукой, поэтому парень, разминая заболевшие ладони, присел на пуфик за женщиной, ожидая его смертного часа, когда пытка повториться. Женщина же поманила девушку пальцем, а когда Эстель только сделала шаг навстречу к ней, то дверь сзади захлопнулась, вновь заставив покрыться телом мурашками.
Однако всё оказалось не так плохо, как могло показаться!
— На моих уроках внимательно делай конспекты. Записывай каждое слово. За неделю прочитать два тома по теории из шести, после будем догонять практику на дополнительных занятиях. Не зная основ и техники, особенно не сохраняя трезвость ума — можно навредить не только себе, но и окружающим. Книги приведут ваш рассудок в ясность, поэтому займитесь сейчас теорией и очистите свой мозг от лишних мыслей.
Быстро записывая в блокнот нужные задания и указания, что для чего нужно делать, Эстель мягки кивнула. Она всё время косила на парня за спиной женщины, агрессивно собирающего все свои последние силы, массажируя то ладонь, то кожу головы и лоб.
— И прошу вас, Эстель Морокко, — произнесла женщина, когда девчушка уже делала шаги назад, собираясь молча покинуть кабинет, — в следующий раз не покрываться чужим образом, пытаясь меня, учителя по Владению эфиром, надуть детской маскировкой. Даже тщательной. Всё понятно?
Эстель послушно кивнула, сглотнув ком в горле, молча посмотрев на учительницу.
— Тогда свободна. До четвертого урока в четверг. Эй, Руко, давай, пока ты не материализуешь мне ветку сирени — не покинешь эти стены.
— Да у меня вся ладонь горит, но ничего, кроме иллюзии не получается!
— Тогда отбрось все ненужные мысли о превратившемся отдыхе, гулянках и девчонках. Ты здесь и сейчас! И сейчас ты должен сотворить мне из своей ладони десяти сантиметровую ветку сирени!
Никто уже не обращал внимание на застывшую Морокко в дверном проёме, до последнего наблюдавшую за конфликтом учителя и ученика. Это выглядело весьма комично. Очень сильно напоминало ссоры в средней школы, когда ученик оправдывает правоту своих решений у доски, а учитель объясняет, что так задание не решается. За таким всегда уморительно было наблюдать.
С мыслями о прошлой школе, знакомых, единственной искренней подруге Лебедевой Эстель плелась в жилой корпус, так надеясь увидеть кого-то из знакомых лиц. При виде новых знакомых сразу же одиночество спряталось в самой дальней извилине мозга, куда-нибудь в продолговатую его часть, не мешая ей радоваться новой жизни и отпускать старую рутину.