Сразу почувствовалась прохлада и легкость от спадаемой боли. Конечно мазь не вылечит всё сразу же, но хотя бы скроет неприятный оттенок повреждений на светлой коже. Этого пока достаточно.
— И так, что именно произошло? — спросил Ноктис, наблюдавший за всем представлением.
— Я увидел её в комнате, задал вопрос о том, что она здесь делает, а она не отвечала. — выдал Юан, до сих пор не поднявшись с пола. У него вновь сощурились глаза.
— А я не знала: стоит ли ему вообще отвечать и как он сюда попал, раз я замыкала за собой дверь! — под конец фразы Эстель взвизгнула, из-за переполнившейся злости внутри надавив слишком сильно на шею.
— Вам первый учебный день так в голову ударил, что вы вдвоем не сообразили, что без ключей чужой человек не зашел бы сюда при закрытом окне? Совсем обезумели? — с раздражением проговорил Сомниант, словно нянька в детсаде отчитывала детей.
Видимо никто не заметил визга младшей Морокко. Это хорошо.
— Мало ли кто мог в комнату пролезть! Тут хранятся не только вещи учебные, но и личные, я беспокоился об имуществе каждого из нас. — сквозь зубы, скорее крыли, пробурчал тёмноволосый.
— Юан, ты чего? Агапит такой силы барьер поставил, что даже по желанию кто-нибудь левый сюда не зайдет. — удивлённо заморгал ресницами Ноктис. — Ты обычно очень хорошо чувствуешь изменения в эфире, а тут его концентрация сейчас зашкаливает.
— Я ещё в добавок не знал, что вы её уже сейчас перенесли! Первоначально мы договаривались сделать это всем вместе в августе. — а тут уже парень был прав. Эстель сама знала, что парни поторопили события из-за случая на дне рождения и её предполагаемого убийства.
Мурашки вновь пошли по коже от всплывающих картинок в голове.
— Да, план пошёл к коту под хвост, потому что если мы продолжали тянуть это бедное животное за причинное место, то её родители убили бы! — рявкнул Аден, всё ещё смотря в окно, соблюдая границы, позволяя Эстель обработать раны.
— Юан, но признай, ты каждый год сбегаешь на три месяца в Тейнс! — хлопнула руками Денника, посмотрев укоризненно на друга. В глубине лавандового поля была видна обида. — Я тебе письма писала с дома, а ты даже не прочитал! Не просто письма на ближайшей поверхности, а они должны были прям к тебе в сумку попасть!
Тут парень посмотрел на свою сумку, прежде откинутую в сторону несколько удивленно. Он подтянул её к себе и раскрыл, медленно достав от туда стопку запечатанных коричневых писем. Бледные пальцы разорвали первое попавшееся письмо, из которого выпила белый свёрток с надписями.
Это было как раз письмо, в котором Денника предупреждает его о смене траектории в планах на сестру Адена.
Юан неожиданно для всех сжал письма, щёлкнул пальцем, из-за чего они все пропали, сгорев в парящем фиолетовом пламени. Лаумас широко распахнула глаза, резко подскочила к парню, начиная колотить его по спине в обиде. Она то так старалась их написать!
— Эй, эй, успокойся, Денни! — парень схватил её за руку, остановив. — Они не несут больше смысла, ты мне расскажешь больше, чем эти записки, я же прав? Вы все сможете рассказать мне даже больше, о чём я вообще могу представить.
Лаумас тут же успокоилась, мягко присела на кровать друга, заставив свои лавандовые волосы рассыпаться по идеально заправленному покрывалу, и аккуратно облокотилась головой об его предплечье, надув по-детски губы. Всё же он был в этом прав.
Остальные же даже не шевельнулись. Просто проигнорировали речь Юана, не относящуюся к младшей Морокко.
— Нет, я не оправдываю себя, просто говорю — что думаю. — произнёс парень глубоко и спокойно, более осознанно. — Моя оплошность, что я не узнал об этом раньше и погорячился сразу. Да и в темноте комнаты я не сразу обознал твои черты из размытой фотографии в газете про ситуацию на Фестивале Луностояния и спасение моего отца. Я навредил той, кто спасла главу семьи Кристалл. Мне нет прощения.
— Не стоит так говорить. — пробурчала Эстель в смущении, заметив в тени, как Юан наклонился, собираясь поклониться ей. — Я нее держу зла на тебя: ты просто хотел обезопасить себя и комнату, беспокоился, а я из-за выпитого лекарства потеряла концентрацию и не ответила вовремя. Это просто непонимание.
Она буквально протараторила это, более усердно замазывая следы на теле. Крем был плотный, чудодействующий , но слишком долго впитывался в кожу, а его нужно было наносить в несколько слоёв!