В округлом стекле была видна чёткая картинка. Спящая девушка. Длинные волнистые волосы полностью окутывали её кровать и очертания тела, показывая на сколько она хрупкая и небольшая ростом, а небольшой нос слегка подрагивал при каждом вдохе. Она укуталась в тёплое синее одеяло со звёздным принтом, несмотря на то, что было жаркое лето, и обнимала всем телом длинную подушку. Рисунок у подушки невозможно было разобрать, но такие вещи становились в последнее время популярными для объятий во время сна. Спала и вправду спокойно, размеренно, не подозревая, как её судьба может развернуться в дальнейшем на все сто восемьдесят градусов.
- Это о....?
– Да! Это она! Получилось! – обладатель зелёных глаз не дал договорить напарнику и вновь коснулся до стекла, пытаясь погладить пальцами по недосягаемым коричневым локонам и привычным исчезающим веснушкам на щеках девушки, которые появляются каждую весну и скрываются летом. Да, было лето, но она до сих пор спала с пуховым одеялом в обнимку.
Неловкое молчание во царило в помещении, пока резкое уханье совы и тихий рокот сверчков за окном не прервало его. На крыше соседнего здания пробежали тени, много теней, сливаясь с мраком ночи. Тени смотрели в комнату несколько долгих секунд, что-то запоминая и изучая. Алое мерцание в темноте. Форточка захлопнулась неожиданно, из-за чего посыпалась штукатурка с потолка, а свеча погасла при порыве ветра, и единственными источниками света остались: бледный след луны и мерцание округлого стекла. Мерцание прекратилось, а тени сбежали по крышам на другие, а потом и следующие, преодолевая так весь ночной город. Город не спал, а только начинал свою активную жизнь глубокой ночью. Зелёные глаза блеснули, когда вновь посмотрели на исчезающий силуэт человека в шаре. Руки сжались в кулаки, врезаясь отросшими ногтями в огрубевшую кожу ладоней, которые были покрыты похожими и побледневшими рубцами. Губы сжались в тонкую ниточку, в непривычную для парня пугающую усмешку. В давящей атмосфере вторая фигура дёрнулась, поспешив к парню, сжимая плечо того своей рукой, прежде чем сказать одну единственную фразу, от которой кровь застынет в жилах зеленоглазого:
– Нужно торопиться... 16 год наступает. Совсем скоро её убьют.
Глава первая. Странности дают о себе знать.
Топот босых ног по мраморным ступенькам был отчётливо слышен в звенящей тишине между высокими стенами дома, которые были украшены картинами, окнами и прочими предметами быта. Девушка рывком заскочила на холодный и крутой поручень лестницы, быстро прокатываясь тазом по нему для спуска вниз. - Матерь Божья! – вскрикнула пожилая женщина, подметавшая невидимую пыль перед главное лестницей. Метёлка с грохотом упала на пол, а ведро прокатилось по белому полу, а старушка громко охнула, когда над её головой пролетели длинные волны волос тёмно-карамельного оттенка, - юная Леди! Девушка приземлившись на ноги, словно кошка на лапы, обернулась назад, встряхивая свою одежду и держа в руках пару кед. Она слегка обнажила ребяческую улыбку, в стеснении пряча руки назад под висящий на спине рюкзак и носочки ног кривя. - Простите, Рози, я не хотела вас пугать, - тихо, будто робко и невинно, произнесла она горничной. - Дитя моё, тебе сколько лет?! Скоро шестнадцать! А ведёшь себя как пятилетняя! Ладно уж твоя бурная фантазия со сладкими мечтами и речами, но поведение у тебя ужасное! – Рози недовольно посмотрела на неё, пока девчушка пыталась подобрать ведёрко и подать метлу. Глаза подростка резко встретились с осуждающим взглядом старшей, но всё равно показывали в их зелени детскую обиду и губы бубнили под нос что-то о том, что детские шалости суще любому возрасту и при её низком росте её вечно путают с ребёнком из начальной школы. Длинноволосая хотела что-то сказать, но взгляд вовремя уплыл в самый вверх ступенек. Мрачная, как непроглядная ночь, и знакомая фигура спускалась медленно и поступательно, шаг за шагом. Стук домашних лакированных туфель по мрамору отдавал в уши. Подросток будто вышел из некого гипнотического транса, резко подорвавшись на месте, поворачиваясь лицом к выходу из помещения и убегая прочь, преследуемая криками отца. - Эстель Морокко! – разносился крик имени и фамилии по коридорам, гудя в ушах непроизвольно, - Чтобы незамедлительно вернулась домой к шести вечера! Запомни, мелкая негодница! “Негодница” выскочила на улицу, на ходу засовывая ноги в потрёпанные кеды и зашнуровываясь их кое-как. Преодолела огромные чугунные ворота на выходе из территории дома, выскочила на пустую улицу и побежала на ближайшую автобусную остановку, ощущая сверлящий взгляд со стороны своего особняка. Будто отец сидел на самой высокой точке на крыше, преследуя взглядом её и не позволяя с доброй совестью пойти слишком далеко. Он мог такое провернуть, но, наверное, не успел бы за столь короткий промежуток времени. Сделав несколько поворотов с улицы на проспект, она наконец-то почувствовала свободу при виде знакомой остановки и глубоко вдохнула свежий летний воздух. Лето - какое же всё таки приятное время. Экзамены у многих школьников уже сданы, кто-то поступает в университеты или колледжи, кто-то путешествует или отдыхает за просмотром любимого сериала во мраке ночи и в тайне от родителей. Эстель же была истиной счастливицей, которой повезло родиться в первом месяце этого сезона, пропитанного некой лёгкостью и свободой. Эти черты проявлялись и в ней. “С ума сойти! Уже шестнадцать лет стукнет!” – пронеслось в голове шатенки, пока она подключала беспроводные наушники к своему телефону для прослушивания какой-нибудь любимой песни в дороге. В принципе расстояние от её дома до цента города не было большим, но зная местные автобусы, которые любят наматывать адские круги вокруг одного и того-же места, она точно доедет до нужного места через час минимум. Но если говорить честно, то времени было ещё полно, не зря же она выскочила на час раньше, а если знать её подругу – Алекс, то вряд ли придёт и через сорок минут от назначенного времени. “Нужно отправить сообщение ей, а то буду её ждать до старости.” Набрав короткое сообщение в телефоне, по типу:
<<Я уйду без тебя, если опоздаешь больше чем на час. >>; она включила любимую энергичную мелодию, но сдерживая себя и пританцовывая задорной песенке только в своей голове, продолжила стоять на месте в ожидании городского транспорта. Автобус неожиданно подъехал, обрызгав стоящих людей на краю платформы водой из небольшой лужицы, которая осталась после ночного летнего дождика. Эстель не стала исключением, шокировано замерев на полуслове и куплете своей любимой песни, взметнув руки вверх, чтобы не запачкать клетчатую рубашку. Пока многие бабушки и дедушки покидали транспорт, она успела уценить прилученный ущерб от неожиданного душа, хоть он и был небольшой. Красная клетчатая рубашка осталась чистой, белые кеды слегка вымазались в тёмных каплях, а синие короткие шорты вообще никак не пострадали. Хорошо, что она взяла свой рюкзак! Женские сумочки всегда считались кладезю сокровищ и самых необычных вещей. Если парни приходили в леденящий ужас от того, что девушка может попросить что-то найти в их сумке, то они перекопают всё верх дном и вывалят всё на пол, но так и не найдут нужный предмет, когда девушка, взмахнув один раз рукой, достанет всё что нужно. Эстель сама не понимала, как рюкзак стал бездонной пропастью-невидимкой, где умещалось всё и сразу, а она умудрялась находить в этом беспорядке всё с самого первого раза. Например, те же салфетки, которые помогут оттереть грязные капли от обуви.