ся. - Ты врёшь! Как летом ночь может наступить в пять вечера? Не смеши меня! – Эстель недовольно скрестила руки, полностью уверенная в своей правоте. - Тут другой световой день, чем в вашем мире. Пробуждение солнца наступает в десять утра, когда луна входит свои владения – пять вечера. Всё оживать начинает ближе к восьми, а активная жизнь идёт до семи утра. Как вы там называете? Рабочие часы! Вот! Исключение составляет только летнее обучение, когда световой день прибавляется на час и ученики могут заняться учёбой в это время, а ночью отдыхать и веселиться. Так же июньские и июльские ярмарки, когда торговцам выгодней продать как можно больше товара за небольшое время, а в оставшееся готовить новую продукцию. И биржи путешественников, но о них чуть позже поговорим. - Значит я поспала около пяти часов? А я-то думала, что пол дня проспала! - При твоём нынешнем состоянии долгий сон пошёл бы тебе только на пользу. Курс реабилитации прошёл бы быстрее. Поэтому захочешь спать – спи и не вставай. - Хорошо, но сейчас я чувствую себя очень бодрой. – Морокко медленно выпрямила спину и сладко потянулась. – Ах да, я видела красивое существо! Похожее на птицу белого оперения в синюю крапинку! Такая прелесть! Но эта пташка напугала меня, подлетела к окну, а я перепугалась, что сейчас стёкла выбивать начнёт! Это какое-то магическое существо? Как зовут? – затараторила девушка, осыпая вопросами напротив сидящего парня. Но её вопросы зависли в воздухе, оставаясь не замеченными. Повисло неловкое молчание. - Белая птица в крапинку?.. – спросил он, а Эстель была готова поклясться, что видела, как дёрнулся взволнованно голос парня. Напряжение окатилось на её сознание волной. Неужели случилось то, что не должно было случится. – Точно не перепутала от долгого сна ничего? Ты всё-таки проспала двое суток. Её пение было похоже на игру скрипки? - Подожди минутку… я спала двое суток? – Морокко неверующе захлопала глазами. - Да, тебя очень сильно лихорадило, поэтому не удивляйся так уж сильно. А то смотришь на меня, как будто я тебе тайну Вселенского масштаба рассказал. Так что там с птицей? - Я точно не слышала, может и было похоже, но расслышать детально точно не могла. Пение птицы и вправду красивое. Эта громадина налетела, и я с испугу дёрнула шторами, из-за чего та потеряла меня. - О слава небесам! – прозвучал вздох спокойствия после брошенной фразы парня. – Если тебе интересно, то это был представитель вида Анмермин, выходимец из рода Фениксообразных. Очень быстрый хищник, который верен своему хозяину и хорошо обучаем. Ты скорее всего видела Анмертина, который охраняет учебную территорию. - Хищная птица…. А на вид такая нежная и хрупка. - Как видишь, внешний облик может быть обманчив. Ты это уже проверила со своими ужасными родителями. – Ниан сразу же прикусил губу, видимо коря себя за острый язык. - Всё нормально, Сомниант. – Эстель с некой грустью в глазах осмотрела его, потом прижала к себе колени и взглянула в окно. С каждым мигом небо становилось всё красивее и прекрасней. Было тысячи, нет, миллионы звёзд, которых на Земле нельзя было рассмотреть. Они составляли необычные композиции, рисунки и орнаменты, которые воображение смело дорисовывало. Было приятно смотреть, как небесные тела медленно проплывают по тёмному небосводу, вырисовывая новые узоры. Словно художник, двигая холст, делал одинокое движение кистью и картинка сразу же приобретала новое значение, кардинально отличающееся от первого. И так снова, снова и снова. Пока от красоты увиденного зритель не застынет на месте, ошарашенный от представленного перед ним произведением искусства. Почему же небо не может считаться настоящим искусством? Парень же нервно почесал затылок, вздыхая и осматриваясь по сторонам. - Да где же его носит! Занятия уже должны были закончи… - и тут дверь громко распахнулась, ударяясь об стенку, а с потолка посыпалась белая крошка. На проходе появился уже знакомый силуэт только что прибывшего парня. Ярко-оранжевая шевелюра причудливо застыла в воздухе при свете луны, будто искрилась небольшими остатками эфира, напоминая по форме дикий пожар. Тёмные штаны, как и у Ниана, а рубашка была более простой и чёрной. Улыбка от уха до уха, торчащие весело уши, задорные зелёные искры в глазах. От него прямо веяло весельем и запахом беззаботной юности, ничем не обременённой. Коричневая сумка на правом плече ударилась об бок парня, чуть колеблясь в воздухе. Вид был беззаботный, весёлый, но довольно уставший. Усталость выдавала слегка измученная улыбка и капли пота на лице, будто парень бежал сюда. - А вот и я! – второпях прокряхтел Фаер, но в голосе всё равно слышались нотки веселья, ввалившись в комнату, сразу же скидывая свою потрёпанную сумку через плечо на пол, улыбаясь устало во все тридцать два зуба. – Эстель, как ты? Вижу, проснулась. Всё хорошо? Этот сварливый кочерыжка тебя не обижал? - Кого ты назвал кочерыжкой!? – прогремел рассерженный бархатный голос Сомнианта. – Если я кочерыжка, то ты недозрелая тыква. Они оба посмотрели друг на друга. Две пары глаз по тьме таинственно заблестели, загадочно и с ярым недовольством. Бешенство тёмных синих волн сталкивается с изумрудным безумством насыщенного леса. Можно было почувствовать, как метаются электрические молнии напряжения между ними, будто недовольные присутствием противоположного оппонента в помещении. Морокко застыла, а сердце нервно забилось. Неужели будет драка?! - Ах так! – с ухмылкой проговорил рыжеволосый, чьи зелёные глаза горели во тьме. Он приподнял руку и то же самое сделал синеглазый, что приподнялся мигом с кровати. - Остановитесь сейчас-же! – взвизгнула Эстель, увидавшая как с ладони Ниана вырываются бледные искры. – Ещё поубиваете друг друга! Парни остановились, взглянули друг на друга, а после медленно повернулись и уставились на испугавшуюся девчонку. Громкий смех парней в миг разнёсся по комнате, пока девчушка удивлённо моргала. Так продолжалось около трёх минут, пока те точно не успокоились, ведь увидев непонимающие девичьи глаза смех так и вырывался сам собой с горла. Морокко же почувствовала себя полной дурой, не пойми из-за чего. Она чувствовала, будто её обманули, как пятилетнего ребёнка с конфетой на улице – легко и просто. От стыда лицо обдало жаром и даже кончики ушей порозовели, что очень выделялось при лунном свете. - Ты правда подумала, что мы будем драться!? Воистину наивная душа! – через смех проговорил Ноктис, слегка улыбаясь и держась рукой за живот, который заболел от долгого смеха. - Ладно уж, не издевайся над ней, Ниан. Она и так перепугана. – проговорил Фаер с лёгкой улыбкой на лице, хотя сам вытирал выступившую влагу с глаз от смеха, а после повернулся к Эстель. – Прости, я задержался. Надеюсь ты помнишь кто я, и что я помог тебе. - Помнит-то помнит, а объяснить ты ей ничего не успел. Завалила меня вопросами, как первоклассник учителя какого-то. – с лёгкой усмешкой проговорил парень, чьи синие глаза лукаво блеснули в темноте. Он посмотрел из стороны в сторону и бросил недолгий взгляд на стену, щёлкнул пальцами, и четыре лампы по стенам зажглись красным огоньком, освещая прежнюю мглу своим светом. – Было темновато уже. - Ну, я вообще-то к ней обращался. Но вот насчёт света спасибо. – рыжеволосый кашлянул в ладонь, после смотря на девушку, которая более имение успокоилась. – Прости, я задержался в академии. Ты бы наверно хотела поговорить насчёт своих родителей? Вопрос повис в воздухе, а девушка промолчала. Парни терпеливо ждали ответа. Эстель неловко посмотрела на них, громко вздыхая и усаживаясь по удобнее, расслабляясь. Наконец-то она получит ответ на вопрос, что долго мучил её и не давал покоя. Что творится с её родителями на протяжении последних лет? Почему они так поменялись? Почему хотели убить её? Всё вопросы наконец-то приобретут ответ. И уже без разницы, будут они полностью правдоподобными или больше похожими на чепуху. Сейчас она могла доверять только этим двум парням, что спасли её, и никому больше. Тем более от Фаера несло какой-то атмосферой, которая ей была будто издавна знакома. Да и парень обращался с ей, как с давней знакомой, а не с первой встречной на улице девушке. - Да. Мне хотелось бы об этом поговорить. Ты говорил, что моя головная боль на прямую связанна с моими родителями, а точнее с лекарствами, которые они заставляли меня пить. Ты можешь это объяснить? - Я до безумия рад, что мы сразу перешли на “ты”. И да, могу объяснить. – парень шагнул к ней, после взял стул около рабочего стола и поставил рядом с кроватью девушки, присел на него и руками облокотился об спинку, продолжая смотреть на Морокко. – Как я думаю, Ниан тебе уже всё рассказал об эфире? - Да, рассказал. -Отлично! Смотри, ты, Эстель, можешь накапливать очень большое количество этого эфира, у тебя просто такое редкое строение тела благодаря смешению родительских генов. И об этом было ещё с рождения понятно и известно, но ты не особо помнишь события из глубокого детства, я ведь прав? Эстель кивнула. Фаер тяжело выдохнул, как это делают отцы перед серьёзным разговором с детьми. - Тебя пичкали таблетками, в которых содержался повышенный яд растения Соланса. Соланс – растение, ягоды которого тёмные и шишкообразные, с белой мякотью. Ягоды вызывают головокружение при небольшой дозе, а при большой потерю памяти. Яд вызывает привыкание, накапливается в т