ки и отдав две вязанные сумки-сетки своему брату, сразу же поспешила дальше в магазин одежды. Побывав в парочке таких, и явно вымотавшись из-за такой пробежки, она выбрала для себя пару универсальных комплектов одежды и несколько украшений. Невольно, в голову всплыли воспоминания об жизни до её шестнадцатилетние, как она гуляла с Алекс по торговым центрам, и признаться честно, то Эстель сегодня ещё не плохо продержалась, но её подруга пробегала бы часа ещё три так точно. От воспоминаний на душе стало тяжело. Столько потерять, что выстраивалось многими годами, и многое обрести в один единственный миг. Но… Эстель не чувствовала непринятия, или непривычки, ведь она всегда была мечтательницей, верила во всё что только можно. Будто этот мир взывал к ней и притягивал. Будто она попала в свою естественную среду обитания, словно тропическая рыбка попала из аквариума в открытый океан. Фаер неожиданно потряс её за плечо, пока она погрузилась в свои мысли. До этого они молча прогуливались по проулкам в тишине, изучая и привыкая в атмосфере живого ночного города. Эстель сразу же вернулась в реальность и взглянула в небо. Вроде бы ещё не прошло так много времени, а луна уже находилась на самом пике в небосводе. – Эсти, пойдём кое-куда, – произнёс парень, в одну руку переложив три сумки, а второй схватив сестру за свободную ладонь. Сестра не сопротивлялась, когда её повели по ещё более оживлённой улице чем раньше, а во второй держа льняную сумку с купленной одеждой. – Это не слишком далеко. И это оказалось правдой, буквально через пять минут они оказались на широкой площади, куда начали скапливаться всё больше и больше зрителей: начиная от небольших фрей и заканчивая анмерминами с большим размахом крыльев, что уселись на крышах ближайших зданий. В середине находился большой круглый стол с белой скатертью, что явно выделялся ночью, чуть дальше находилась широкая и хорошо украшенная сцена. Они вдвоём успели занять место около стола и прямо напротив сцены и сразу же замерли. Стало видно на деревянной сцене семью вампиров, которая похоже и является организатором празднества по их благородной одежде и виде. Высокий мужчина с белой кожей вещает о дальнейших мероприятиях, вблизи него стоит низкая женщина с румяными щеками и яркой алой помадой на губах, что Эстель сначала перепутала с кровью, а вдали стоит мальчик с длинными по пояс волосами, что тёмными лоскутами окутывали его силуэт в тени. Он выглядел крайне отстранённым и не заинтересованным в выступлении мужчины, создавалось ощущение, что его насильно затащили на это мероприятие. Парень-вампир заметил их в толпе, вцепившись в них взглядом и робко попахал рукой, пока никто не наблюдал за ним, кроме этих двоих. Фаер успел лишь махнуть ладонью в ответ, ничего не успев объяснить, как мужчина заговорил с новой силой и сбил его с мыслей. Глубокий с лёгкой хрипотой голос был слышен в каждой точке площади: – Дорогие гости, добро пожаловать на второй день Фестиваля Луностояния! К сожалению, правитель Теньграда не смог почтить нас своим присутствием, из-за неблагоприятного самочувствия. Но давайте почитать наши обычаи, что должны сохраняться в нашей душе, несмотря ни на что. Для осуществления нашей пятидесятилетней традиции по возвышению эфира, подойдите к столикам и возьмите по впитывающей свечи. Давайте поблагодарим Богов за наши жизни, за Тейнс и за сейчас царивший мир! Не смотря на холодный и отстранённый вид, мужчина говорил очень резво и в словах чувствовался явный патриотизм. От чего-то это показалось Эстель довольно милым и она улыбнулась, положив сумку около стола. Как только взгляд пал на белую скатерть, так на ней начали появляться одна за одной по белой небольшой свечи. Они ничем не пахли и имели привычную круглую продолговатую форму. Девушка слегка нахмурилась, взяв свечу в ладонь, неуверенно поглаживая пальцами металлический поддон. – В чём суть этой традиции? Я же не могу управлять эфиром, может мне стоит просто посмотреть со стороны? – Это не так уж сложно, Эсти. Возьми, возьми, не бойся, – начал подначивать Фаер, когда рука сестры уже возвращала свечу на место, но та всё же остановилась. Вокруг проплывали гости, сменяя друг друга, хватая со стола по свечке и отходя в сторону, – суть состоит в обмене энергией между нами, жителями планеты, и самого Тейнса. Во время того, как свеча горит, она поглощает через твою ладонь лишний эфир, а после через дымку растворяется в воздухе. Это создано для поддержания жизни на планете и равномерном распределении эфира по всей поверхности. Тебе же Ниан рассказывал о том, что абсолютно каждый обладает этой силой, просто пользоваться не умеет? Эстель кивнула брату и неожиданно дёрнулась. Поддон свечи опалил ладонь жаром и сразу же угас. – Я конечно не учитель, но попробуй закрыть глаза. Сконцентрируйся на своём теле, потом на обстановке вокруг, потом ты должна почувствовать умиротворение. Вот, в области сердца что-то тёплое разлилось? А теперь оно медленно перетекает по всему телу, словно желе. Попробуй направить это тепло в пальцы, а из пальцев по воздуху к фитилю свечи. Представь, как появляется искра. Главное не бойся. В начале кажется, что не понятно, а потом будешь в один миг управляться. Ты же у меня весьма смышлёная. Бумажные фонарики и уличные невесомые лампы неожиданно потухли. Улыбка расцвела на лице Фаера, пока тот выполнил все проговорённые ранее манипуляции самостоятельно. Еле-заметная струя бледно-жёлтых искр направилась из-под ногтей к фитилю. Вспыхнул маленький огонёк в лесной тише глаз во тьме. Яркие вспышки показались за мальчишеским плечом, представляясь целым полотном огней в темноте. На сцене так же сожглись свечи в руках трёх вампиров. Тихий вдох разрезал тишину. Младшая Морокко приподняла одну руку над уровнем глаз, а вторую занесла сверху чуть выше свечки. В один момент пропала вся одинокая масса огней, осталась лишь полноценная тьма, что ей только нравилась всё больше и больше. Лёгкая и приятная боль в ногах, от долгого хождения в туфлях на небольшом каблуке по каменной площади. Мелкая дрожь по плечам от холодного ночного ветра. Шум людей вокруг: девочка попросила маму об колье, дедушка обращается к внуку с вопросом, сзади шепчутся о правителе. Сердце неожиданно пропустило удар. Первые образы. Маленький росток пророс в сердце, пуская тонкие и хилые ветви по венам в организме. Появился крошечный бутон, что с каждой секундой увеличивался в размерах. Всё чувствовалось на живую, а не словно происходило фантомно. Удар сердца об рёбра. С новым потоком отфильтрованной крови начало разливаться тепло по всему организму. Дёрнулся самый большой лепесток, отворяя созревшее соцветие. Большой подсолнух распустился над сердцем, опуская жёлтые полосочки и окружая ими предсердия и желудочки, захватывая в капкан. Эстель дернулась. Больно. Больно. Больно. Всё сжимается так, что есть мочи. Она чувствует, что кто-то движется к ней, в желании оторвать от странного транса. Но в миг её отпускает, а в душе расплывается жар. Из-под пальцев потом бьют частицы ярым потоком, устремляясь к фитилю. Девушка видит всё как в замедленной съёмке: она дёргает рукой в сторону, где никого нет; брат подскакивает на месте и отступает очень быстро; огонь тонким и длинным столпом появляется в воздухе, обволакивая жаром рядом присутствующих. Морокко не дёргается, терпит и ждёт. Проходит около полуминуты, как огонь успокаивается и маленькой крохой пляшет в железном обмундировании, успев за это время расплавить половину воска. Окружающие гости с удивлением распахнули глаза, смотря на девочку с лиловыми волосами и на глаза размером с блюдца рыжеволосого парня. От такого количества пылких взглядов Эстель нервно хихикнула. – Я что-то сделала не так? – явная усталость протекла по телу, накатывая волной небрежной. Так наверное ощущается истощение эфиром. – Нет, всё так… Стоп, как это вообще произошло?! – свободной рукой брат ощупал ладонь девчушки, а потом дотронулся до ямочки между ключицами, прислушиваясь к ощущениям, – Не к добру это… Как ты себя чувствуешь? Слишком сильный поток энергии для первого раза. Тебе не плохо? Может пойдём? – Всё хорошо, не беспокойся. На ногах стою крепко и не падаю в обморок, как в последние дни, что удивительно. – с тихим смешком ответила сестра, улыбаясь. Почему-то ей доставляло удовольствие то, что ей удалось поразить брата. – Возможно это как-то связанно с лекарством, что ты пьёшь, – начал Фаер, но замер, ведь толпа зашумела и пошли непонятные шептания. – Ладно, всё сейчас интересное начнётся. Потом ещё часик пройдёмся и вернёмся в комнату. Морокко кивнула с лёгкой улыбкой на лице, начиная наблюдать за сценой. Мужчина-вампир шагнул вперёд, когда свеча уже почти догорала, и поднял руку ввысь. За этим жестом в небо устремились сотни поднятых рук, свечи которых затухали одна за одной, оставляя напоследок серую дымку в воздухе. Не хотелось говорить брату об появившейся усталости, такая мелкая шалость никак серьёзно не скажется на ней, и это было сущим пустяком, в сравнении с теми эмоциями, которые после на неё накатились волной. Кивнув друг другу, брат и сестра поднял свечи над головами. Все свечи на площади догорели разом, а тёмное небо обволокло приятным перламутром от еле-уловимого дыма. Частицы закружились в воздухе, превратили