была не её проблема, она и так достаточно выслушивала при каждом удобном случае. Сейчас же девушки шли по главной дороге, любуясь закатными лучами солнца, которое медленно скрывалось за горизонтом и размывалось среди рубиново-жёлтого неба. Брюнетка уже кое-как терпела боль от натёртой мозоли на ноге от кроссовок, хотя те были достаточно удобные, но проходив около двадцати километров по всем магазинам вокруг за день то было не удивительно, что нога натёрлась. Но Алекс хоть бы хны! Идёт на высоких, недавно купленных туфлях и будто ей ничего не натирает! Хотя она ещё та хитрая лисица, наверное, с самого начала налепила пластыри! Чтобы быть такой довольной на зло всему. Они медленно подходили к городскому фонтану, где уже и разойдутся по домам. Рядом кружили дети со своими родителями, умоляя их купить напоследок какую-нибудь сладость или игрушку, птицы напевали под ухо свои последние песни перед сном, а красивейшие палатки со дня города складывались магическим образом в картонные коробки до следующего года. В пакете Алекс где-то на дне валялась баночка новых духов, браслетов и натуральной косметики с этих самых лавок, а в пакете подружки кроме одежды лежал один одинокий снимок с будки для съёмок и набор чая, который она очень любила заваривать по глубоким и холодным вечерам в полном ощущении отрешённости от мира. - Ну, что ж… пора расходиться, - проговорила Лебедева, останавливаясь прямо напротив фонтана и ощущая приятные и редкие брызги с него на теле, которые остужали кожу. Эстель так же остановилась, замирая и любуясь как водные струи вздымались то вверх, то в сторону, под сиренево-розовое небо и выглядывающее за горизонтом солнце, последние лучи которого поблёскивали на водной глади, неспокойной от падающих капель. - К моему огромному сожалению, - ответила через пару минут в тишину, а после улыбнулась. – Но мы же увидимся через неделю, поэтому не нужно сильно расставиться. - Да, ты права, Эсти. Они обнялись, не совсем удачно и удобно из-за пакетов в руках, но крепко и тепло. Холодный воздух взворошил волосы их, заставляя после тихо посмеяться над этим и улыбнуться. Подруги одновременно попрощались друг с другом и, махая рукой друг дружке, развернулись в противоположные стороны и пошли в нужные им стороны. Морокко дёрнулась от испуга, когда начали включать ночные фонари, но под их освещением было идти на много спокойнее и умиротворённей чем в темноте. Группы людей проходили мимо, разговаривая обо всём на свете и девушке приходилось даже становиться свидетелем небольших семейных стычек. Не обращая на это внимание, она придерживалась своему пути и стремилась поскорее вернуться домой до полного властвования луны в небе. Нет, она не боялась темноты. Даже наоборот. Тьма притягивалась её. Она любила засиживаться за уроками допоздна, а потом выходить в сад с одеялом на плечах и наблюдать за звёздами. Любила сидеть поздно ночью на чердаке и смотреть в большое круглое окно, будто из иллюминатора в космическом корабле, выискивала среди темноты движение летучих мешей и космических тел, а иногда и НЛО, но последнее поймать в поле зрения никогда не удавалась. Она стала там засиживаться с того момента, когда кто-то показал ей это место с другой стороны – не серым и пугающим, окутанным паутиной, а таинственным и волшебным в полумраке. Как жаль, что вспомнить кто это был - никак не получается. Почему-то все придерживались мнения, что в тёмном закоулке случается всегда что-то плохое, а люди любящие чёрный цвет – какие-то неправильные. Эстель этого никогда не понимала. Несчастные ситуации могут произойти в любое время, не зависимо светит в небе солнце или нет, а по одному цвету не определяется личность человека – чтобы там лже-психологи не говорили. Почему темнота не может не притягивать? Тайны, загадки, необычные явления чаще всего случаются под покровом ночи – и это вдохновляет на веру в чудо. Да, ей скоро стукнет шестнадцать, а она до сих пор верит в существование магических существ, хотя все пытаются её разубедить. Но разве мир не огромен? Разве столько мифов и легенд появляются беспочвенно? Разве по ночному городу не могут прогуливаться волшебные твари пока все остальные спят? Да, девушка сама не знает ответы на все эти вопросы. Но почему-то верит всем сердцем и тешиться надеждой в глубине души, что мир не такой уж серый и пресный. Телефон в рюкзаке завибрировал, а брюнетка вздрогнула от неожиданности и сразу же полезла доставать свой гаджет. Ну разумеется, кто это ещё может быть кроме любимого и вечно опекающего папы. Она тихо вздохнула, прежде чем принять вызов на последних гудках, и сразу же ускорила шаг. Морокко повернула в закоулок, который был ей хорошо знаком. Транспорт уже не ходит, а такси не вызовешь в такой час и из-за большого спроса вызванный праздником. Придётся сокращать дорогу не самым любимым способом у родителей. - Да, папуль?.. – робко спросила Морокко и сразу же ощутила всем телом холодящую тишину через динамик телефона. Отец молчал. - Эстель Морокко, где ты пропадаешь в столь поздний час. Мне лично привязать тебя на ошейник с поводком если ты не явитесь в течении пятнадцати минут, или отослать за тобой машину? Девушка передёрнулась, прикидывая сколько ей приблизительно до дома осталось и сможет ли она данным методом отречься от отцовских нагоняй. Если она будет лететь как торпеда, то вполне получиться. Значит выйдет. - Пааап, я сама дойду, мне осталось тут пять минуточек, - сократим путь условно с двадцати до пяти. - Я встречу тебя у ворот. Элизабет устала и уже отправилась спать. Чёрт! Ещё и мама знает, что она всё ещё не дома! Ладно, эту проблему можно будет решить простым разговором утром, а сейчас главная задача – сделать невозможное возможным. “Ничего, Эстель, и не из такого выбирались.” - пронеслось в голове. - Хорошо папа, давай, встретимся, - девушка поспешно отключила телефон, не выслушивав последующую реплику папы о дурном поведении, и вновь закинула телефон к себе в рюкзак. Она проходила улицу за улицей, скрываясь между переулками, а иногда переходила на бег, чтобы успеть домой. Холодный ветер ударял в лицо, заставляя волосы развеваться над землёй, прогуливался по потрескавшимся губам и обдавал своим дыханием щеки, придавая им румянец. По телу забегали мурашки, но девушка удачно справлялась со всем и шла вперёд. Вновь повернула за угол, проходя один из торговых районов, где раньше стояло большое количество лавок с воздушными шариками и прочими декоративными элементами. Крыши-лоскутки таких палаток были плотные и большие по размеру, чтобы развязавшаяся кучка шариков не рванула вверх, а осталась парить рядом, чтобы после можно было их легко поймать и привязать обратно. Она замерла. Пульс резко подскочил, а биение сердце отдавало звонким эхом в голову. Зрачки от удивления сузились, а с глотки чуть не вырвался крик ужаса, но рука рефлекторно прижалась к губам, преграждая путь крику наружу. Тело быстро устремилось спрятаться за большой вывеской в пол. Только этого ещё не хватало. Морокко аккуратно выглянула, застывая и глупо улыбаясь. Тупая защитная реакция, которой присуще в каждой странной или страшной ситуации – улыбаться или смеяться. Но если она сделает последнее - то ей точно не поздоровиться. В узком переулке стояла группа мужчин, возраст которых точно был за тридцать, а рост выше двух метров. Их было человек пять, и они кого-то или что-то окружили. Не смотря на страх, девушка сделала полушаг вперёд, присматриваясь во мраке кто это был. Самый низкий мужчина, который выделялся среди остальных чёрных костюмов своим серым, но черты лица всё равно нельзя было рассмотреть во тьме – прижимал парня к стене за горло, смотря тому в глаза. Лязг металла по кирпичной стене. - Щенок, - острие ножа прошло над ухом парня, режа слух неприятным звуком, - ну… скажи же, что просим и мы отстанем от тебя… Ну! – прозвучал прокуренный дешёвым табаком голос среди кромешной тишины. Паренёк чертыхался, пытаясь выпутаться и отбиться, но хватка мужчины лишь усилилась, и ему осталось лишь придерживать чужую ладонь так, чтобы не задохнуться от нехватки воздуха. Жертва пыхтела, кархалась и чертыхалась, пыталась кусаться, но это не выходило. Эстель заметила блеск синих глаз в темноте, а электрический заряд прошёлся по телу от неприятного опознавания кто это был. Это был тот художник с площади. Сердце заколотилось с бешенным темпом от страха, но ноги были словно прикованы к земле и не собирались уносить её прочь от сюда. Будто это она была прижата к стене, не имея возможности пошевелиться и двинуться от рядом находящегося лезвия ножа. Взгляд зелёных глаз вцепился в крепление с верёвкой в стене и развивающуюся ткань над головами незнакомцев. Морокко сама себя не узнала в этот момент и не поверила бы словам кому-либо, если бы те сказали, что она может кинуться на помощь кому-то под угрозой своей жизни. Но именно так она и сделала. Она шагнула в неизвестность. - Ну хорошо, раз ты молчишь, то ты нам больше не понадобишься, - прокряхтел мужчина, отходя в сторону и отпуская парня на пол. Синие глаза были пропитаны ненавистью, а парень лишь прижимал руку к горлу, притирая надавленное место. Мужчина поднял руку вверх, видимо думая отдать какую-то команду своим подчинённым. Было и так уже ясно, что он тут был главным. Но быстрее его слов оказался свист, который разреза