Морокко аж остановилась на мгновение, удивленная, будто услышав какую-то шокирующую новость спросонья. Сомнианту тоже пришлось притормозить, видя в малахитовых глазах метаморфозы приятной неожиданности. — Тогда что значит твоё? — неожиданно повела в бок девушка, вновь заводя вальс. — А это будет уже тема диалога для нашего следующего танца. — хитрая улыбка, вот паршивец. — А вдруг его не будет или я просто не захочу больше танцевать? — Тогда не узнаешь. — парень поменял направление, поднимая руку собственную вверх с ладонью девушки, закрутившуюся вокруг словно юла.
Мир замер. Девушка в зелёном платье и парень в светлой свободной рубашке проплыли по небу мимо первой крыши. Словно вихрь из морского свежего воздуха и сибирской хвои. Глаза в глаза, не открывая ни на миг. И плывя, плывя по небу.
“Какие холодные у него пальцы” — мелькнуло в голове, когда парень сжал руку на талии девушки из-за мимо внизу появившейся толпы. Если Эстель не удержится и отвлечется - то хоть не полетит вниз.
Не важно… И… Раз, два, три… Раз, два, шаг, поворот. Вновь и вновь.
И мелодия вновь ускорилась, как и желание поспеть за ускользающим ритмом принудила сократить расстояние, двигаться теснее, танцевать быстрее. Шёлк тёплого дыхания на шее. Мягкие пальцы невольно прошлись по грубым пальцам, что не выпускали запястья.
Красивый изгиб женской спины, широкие и уверенно поднятые мужские плечи. Красиво и одновременно опасно от этого небольшого расстояния. Глаза в глаза - непрерывная борьба. Синий океан заглядывает в девственный лес — непроглядная растительность, которая в самой-самой глубине зажигает цветок папоротника первобытным огнем. Малахит тонущей в морской глубине, в чувствах высоких волн, резких взлётах и падениях белой пены. Привычная ухмылка моря против искренности и разумности земли.
Уже не походя на вальс, из-за смены мелодии на фоне, но желания отдаться этому звучащему ритму, а на необычный танец, Сомниант то бросался вперёд, являясь олицетворением безумной энергии, вытягивал руки совершенным жестом вверх, кружа партнёршу в танце.
Они не танцевали по звездам освещенного неба, которым вскоре предстоит затухнуть, а будто плыли вдали от чужих глаз, словно никого внизу не было. Так просто и непринужденно, энергично и близко. Они словно ходили по краешку обрыва. Стоит сделать неверный шаг, и сорвёшься вниз. Больше не вернёшься.
Невесомость окутала все тело. Лёгкая поступь находила ответ в касании воздуха. Вновь вальс и пианино. Раз, два, три… Поворот!
Впервые в руках Сомнианту довелось держать живую энергию. Эта девчушка, пропитанная яркостью и задорностью, и руки чешущиеся от нетерпения выйти эфиру наружу. Бурные эмоции от танца, коими он не баловался, но любил, вызвали на подкорке мозга всплеск серотонина.
Остановись весь этот бренный мир! Дай сполна насладиться мгновением тепла и жизни.
Даже не следя вокруг, они аккуратно приблизились к одной из крыш, не прекращая кружиться и улыбаться, как два абсолютных безумца, которыми и являлись. Так бы и дотанцевали до академии, подстраиваясь под ритм новой мелодии, но…
Морокко резко замерла, напрягшись всем телом. Что-то не так. Иногда бывает такое ощущение, будто вот-вот что-то должно произойти. И это чувство никогда не подводит. Особенно Эстель. — Эй, Эстель? Что слу—
Перед домом, на котором они стояли, находилось несколько ларьков. Изумрудные глаза недоверчиво прищурились, вглядываясь в толпу освещённой улицы. Высокий мужчина-вампир, что был на площади несколько назад и открывал Возвышение эфира, сейчас стоял около одной из лавочек с книгами, увлеченно расспрашивая продавца.
С ним сейчас не было никакой свиты телохранителей, что в прошлый раз сопровождала их семью при спуске со сцены. Да и его жены с сынов в ближайшем окружении не было видно. Он находился прямо под крышей дома, где стояли Эстель и Сомниант. Мужчина за увлеченным разговором то заправлял выпадающие тёмные струящуюся волосы до лопаток, явно короче чем у его сына, то почесывал пробивающуюся на лице щетину.
На противоположной стороне улицы в одном из ларьков что-то подозрительно блеснуло. Тело бросило в озноб. — Пригнись!
Не успел Сомниант даже переварить смысл сказанного, как девушка его схватила за рукав, соскальзывая по крыше вниз, замирая на деревянном выступе, ощущая как сзади неё прижались вплотную. Они замерли.