Там, где их тела были несколько секунд назад, проскочили стрелы-света, что не найдя цель сразу же растворились. Эфир, словно пепел, покрыл старую черепицу.
Бам!
Столп огненных искр поднялся из-за крыши. Послышались первые женские крики полные ужаса, пробирающим до костей страхом. Треск древесины и запах горелого.
Парень и девушка невольно переглянулись, осторожно поднимаясь вновь по черепице треугольной длинной крыши, выглядывая на улицу.
Мужчина зашёлся в диком кашле, валяясь около окровавленной стены с простреленной ногой и грудью. Вокруг него бушевал огонь, окружая цепью, придвигаясь к нему без надежды на спасение. Алая лужица начала растекаться под его телом. Женщина, что помогала ему с выбором книги, а точнее её тело, уже было поглощено огнём, а её рука оторванная лежала в нескольких метрах.
Тошнота подкатила к горлу, но он сдержал этот порыв. Быстрый взгляд, рассудительность из головы не вылетала, оценка обстановки. В голове Ноктиса уже сложилась общая картина.
Несколько тел, довольно богато облеченных, так же валялось посреди улицы, что резко стала безлюдной. Многие почувствовали опасность и увернулись в последний момент, это было видно по испуганным лицам женщин, сдерживающих слезы детям и ошеломленным мужчинам. Многих лишь зацепило за ногу или руку, отставляя кровавый цвет на одежде.
Запах железа резко ударил в голову. Плохо дело. Он невольно проследил, как голова мёртвой женщины-продавца отделилась от туловища, упав на бок.
Огонь всё подбирался к мужчине. Эстель смотрела на красный тёплый столп искр заворожённо, это не был природный и дикий огонь, а будто обезумевший и несносный, из стороны в сторону перекатывающийся. Явно не настоящий, а эфирный. Голова невольно закружилась, а ноги подкосились, заставляя девушку припасть коленями к черепице, держась руками за острый участок.
Она впервые видела смерть своими глазами. Ещё и таким ужасающим способом.
Сомниант неожиданно вскочил на крышу, выпуская из ладоней столп голубых искр. Эфир долетел до огня, окружил его прозрачной сетью, пытаясь сдержать. Вдруг платья взбесилось, поднялось выше, сжимая сеть и поглощая искры в себя, усиливаясь и подбираясь мужчине быстрее.
С мальчишеских губ выпало ругательство, а лицо недовольно перекосилось, хмуря брови. Парень не особо думая соскочил с крыши, а из под его пальцев эфир поднялся в небо, осыпаясь на юное тело толстой оболочкой.
Девушка всё поняла, пробегая по крыше, осторожно спрыгивая с неё, от волнения упав на одно из колен, но сразу же отрусив его от прилившей грязи, не ощущая боли от бури эмоций внутри. Она бросила испуганный взгляд вокруг себя, на таких же испуганных людей, на безжизненные тела.
Ноктис неожиданно показался из-за столпа огня, что уже заполонил треть улицы, но не окружал только его. Парень тяжело дышал, неся на спине взрослого раненого мужчину, тихо охающего и прикусывающего свои бледные губы длинными клыками до ран.
Невольно Эстель подбежала к парню, пытаясь найти лихорадочно способ, чтобы хоть как-то помочь. На неё устремился тяжёлый взгляд ледяного океана, приказав отступить, что та и сделала. Морокко обернулась на тихий треск, один из прохожих, что первый отошёл от шока, поднял ладонь вверх, а из неё струился бежевый эфир, что к небу перетекал ближе к белому.
Сомниант доковылял до дальнего ларька и вновь посмотрел на девушку. Всё было понятно и без слов. Морокко быстро пододвинула телом два заколоченных ящика, сверху подстилая ткань, что раньше служила крышей с рисунком луны.
Раненое тело оказалось на импровизированном настиле. Мужчина тихо охнул, его губы задрожали, будто не решались что-то сообщить, а после зашёлся кашлем, выхаркивая кровавый сгусток на каменную плитку.
Девушка неожиданно для самой себя подтянулась к краю второго слоя собственного платья, быстро разрывая его на большие лоскуты. Сомниант быстро среагировал, дернув корсетную ленту сзади, ослабевая затяжку и помогая стянуть ткань с девчачьего тела. На Морокко осталось лишь простое белое спальное платье, с незамысловатой вышивкой. Но это её вообще не волновало.
“О Боги, чему меня там учили на уроках ОБЖ и биологии? Пускай на вампирах это тоже срабатывает.” — невольно мелькнуло в голове зеленоглазой, пока она взяла самый крупный лоскут. Сомниант уже эфиром бережно убирал ненужную ткань, кровь на которой уже успела сцепиться. Парень цокнул языком, делая рукой незамысловатое движение, и тут чёрный мужской костюм порезало на многочисленные части, после он так же поступил с брюшиной, разреза до колена ткань.
Рука быстро струсила лишние лоскута, бережно отрывая пропитанные кровью кусочки с кожи.