Эстель пробило током по телу от такого взгляда, но повернувшись в сторону, заметила, что её брат так же пал в легкое оцепенение, пока многие учащиеся выходили с помещения и прощались с новым преподавателем. Особо любопытные подходили к столу, пытаясь выпытать у мужчины дополнительную информацию о нём, что выходило крайне неудачно.
Лейсан удачно маневрировал между диалогами, переключаясь на более приятные и простые вопросы скорее из вежливости, чем из желания продолжить общение. Не раскрываться же все потаенные карты на первом же занятии?
— Все, молодые люди, прошу оставить кабинет и пойти на ваш законный пятнадцатиминутный отдых, а также позволить мне выветрить помещение свежим ночным воздухом. — неожиданно поторопил учитель окруживших его ребят, но не сказать, что те были слишком уж расстроены этим.
Эстель проснулась буквально пару мгновениями ранее, когда Аден потряс её за плечо и, взяв за ладонь, повёл к выходу из кабинета, скорее желая слиться с другими учениками. Сомниант стоял прямо напротив двери с высоко поднятой головой, согнув одну из ног и упираясь ей же в стену, скрестив руки. Она незаметно улыбнулась, желая рассказать все впечатления от первого урока и эфирных трюков с картинками.
Но им пришлось остановиться.
— Эй… — учитель поднял руку в сторону уходящей толпы, — Денника Лаумас, задержитесь на пару минут.
Обреченный взгляд был брошен девушкой сначала на Адена, что через сильную внутреннюю борьбу разжал ладонь и отошёл. А в синих глазах Ноктиса блеснула искра испуга и сожаления, но он лишь кивнул, подхватывая обладателя ярко-рыжей шевелюры в сторону. Только для вида. Скрыться из зоны видимости и притаиться в тени. Идеальный план.
Тихий вздох сорвался с губ Морокко, когда дверь перед ней закрылась. Ей пришлось обернуться и посмотреть на учителя, что как-то очень по-домашнему облокотился об стол, потеряв последний учительский шарм, что сохранял при учениках.
Лейсан такими обыденными и естественными движениями распределял вещи на нужные места по поверхности стола, доставал нужный учебник для следующего класса, подготавливал пишущие принадлежности, что создавалось впечатление, будто он работал в академии уже не один десяток лет, а не пришёл вовсе сегодня опаздывая в первый раз.
Эстель даже легче стало на душе, как-то спокойней. На столько, что она сделала шаг вперёд, мягкой поступью приближаясь к учителю.
Нужно быть осторожнее. Не касаться странных тем и говорить, что её ждут дела, поэтому поговорит после. Нужно взболтнуть как можно меньше лишнего, чтобы истинной Деннике не пришлось потом расхлебывать все проблемы.
— Денни… — очень мягко, что на миг девушка даже глаза округлила, удивившись такому тону учителя. — Ты очень сильно выросла с нашей последней встречи.
Он улыбнулся, осторожно шагнув к ней на встречу. Морокко не подала виду, но слегка напряглась, несмотря на дружескую обстановку. Мужчина встал напротив неё, слегка согнувшись, лёгким движением руки поправляя выбившуюся прядь лиловых волос девушки. Рука накрыла другую.
Хоп!
Между длинными пальцами завертелась одинокая белая гвоздика, пышущая свежестью, будто свежесрезанная с благородной земли. Цветок аккуратно был закреплен в волосах девушки за ухом ловкой рукой.
Морокко осторожно потрогала подушечками пальцев за ухом, проверяя надежность конструкции и слегка улыбаясь, благодарно кивая, как сделала бы Денника на её месте. Лейсан благодарно кивнул, шагнув назад и смотря на девушку перед собой. Изучал.
— Знаешь, наверное и в правду судьба существует, раз я теперь буду преподавать в академии, где ты учишься, — мягкая улыбка не исчезала с лица. Морокко всё сильнее сдерживала себя, не зная, что стоит делать. Она пыталась смотреть с такой же знакомой ноткой во взгляде, с которой он смотрел на неё. — Столько лет прошло с того момента, когда я ещё был твоим репетитором.
Если бы в коридоре не шумели ученики, переходившие из кабинета в кабинет и обсуждавшие занятия, то можно было услышать, как в часово-мозговой механизм Эстель Морокко влезла последняя новая шестеренка, запустившая настоящий информационный штурм.
Теперь плечи девушки чуть опустились, что ранее сдерживались нервным напряжением.
— Да, столько воды утекло, — спокойно и как-то отдаленно, чего стоило многих усилий Эстель, сказала Денника.
В этот момент глаза у учителя округлились, брови взлетели вверх и смех прокатился по аудитории. Морокко лишь тихо посмеялась, стараясь не выходить из роли.
— Самоирония это очень хорошо, Денни! Ты такая молодец, — после смеха Лейсан вновь стал мягко-покоен и добродушен, смотря прямо ей в глаза, — Как родители поживают: всё такая же тишь да гладь?