Его гибель отрезвила "богов". Они сбросили чары Теней и заметались, пытаясь пробиться сквозь их защитный купол, сотканный из неизвестной магии. Но ни одно заклинание, ни один самый сильный магический снаряд не смогли пробить его. Ветер сбивал с ног, золотой свет жёг глаза. Сияние почти затопило остров, и цайранские маги прижались к стенам защитного купола. Ужас исказил их лица: они умирали в шаге от бессмертия.
- Этого не может быть! Мы боги! - истерично заорала Кианта.
Её крик заставил магов собраться и вступить в битву. В едином порыве они нанесли сокрушительный удар. И золотое сияние дрогнуло.
- Они слабеют! - возликовала Кианта, и маги с удвоенной силой обрушились на Теней.
Золотое сияние немного отступило, замерло и вдруг вспыхнуло, поглотив и последних человеческих магов Цайрана, и защитный купол, и святилище стронов. Ввысь взметнулся столб золотого пламени, своды пещеры исчезли, и глазам Теней открылось бледно-голубое небо.
Тени опустили руки, и золотые письмена погасли. Майкл задрал голову, осмотрел огромный ровный круг над головой и удовлетворённо цокнул языком:
- Т`арен - бомж!
- А мы снова вместе, - улыбнулся Энтони, и друзья обнялись.
- Ты сдержал слово, Тони, - радостно произнёс Граф. Он вновь чувствовал друга, как самого себя. - Теперь мы знаем, как убить драга!
- Знаем, - кивнул Святоша. - Но у нас остались дела в Цайране.
Майкл отмахнулся:
- Да пусть живёт. Я только что убил богов. Что мне какой-то Т`арен?! Пусть Марго забирает его себе! Лучше пойдём в какое-нибудь людное место. Я умираю от голода!
- Пошли. - Святоша хлопнул друга по спине, и они оказались на центральной площади Кианты.
Майкл кисло оглядел пустую площадь.
- А где цветы и хлеб-соль? - обиженно спросил он, и площадь заполнилась стронами.
Граф расцвёл: жители Цайрана осыпали полукровку сладкими эмоциями восторга, благодарности и ликования. Майкл глубоко вздохнул и стал взахлёб поглощать чувства стронов. Он не заметил, как рядом с ними появились драги, полукровки, Т`инкри и первый жрец Цайрана.
- Тони! - взвизгнула Эльвира и повисла на шее возлюбленного.
Энтони посмотрел на блаженствующего друга, обнял Элю и поцеловал её в губы.
"Лови момент, Святоша! - раздался в его голове ехидный голос Майкла. - Хрен знает, что будет завтра!"
"Сводник", - прошипел в ответ Энтони.
"Элька девчонка, что надо! Будешь дурака валять, я её себе заберу!"
"Только попробуй!" - огрызнулся Святоша. Снежинки в его глазах закружились вихрем, и он исчез вместе с Эльвирой.
Майкл самодовольно ухмыльнулся, а Шарна расхохоталась.
- Куда они пошли? - Маргарита недоумённо посмотрела на драгну.
Крев лучезарно улыбнулся племяннице и небрежно указал на ближайший куб:
- Туда.
Рита посмотрела на белоснежный дом, покраснела и покосилась на отца, который задумчиво смотрел то на Т`арена, то на Крева.
- Папа, - окликнула его Маргарита.
Т`инкри взглянул на дочь и поманил её к себе.
- Эльвира в надёжных руках, девочка. Подумай лучше о себе, - шепнул он ей на ухо.
Маргарита кинула молниеносный взгляд на Т`арена и снова покраснела. Шарна поспешно взяла Крева под руку.
- Давай-ка вернём дом первому жрецу, - весело предложила она. - Всё-таки Тени наши создания, и мы в ответе за их ошибки.
Майкл развернулся на пятках и с возмущением заявил:
- Мы с Тони свободные маги! И о каких ошибках ты толкуешь? Мы выбрали оптимальный вариант и действовали строго по плану!
Шарна укоризненно покачала головой:
- Вы разрушили собственный щит и едва не уничтожили город.
Майкл поморщился и неохотно проговорил:
- В последний момент Кианта и её подельники очухались и атаковали нас. Мы были вынуждены усилить натиск. И всё же нам удалось нейтрализовать разрушительный поток света. Пострадал всего один дом. - Граф посмотрел на строгое лицо драгны и повернулся к Т`арену: - Извини.
Первый жрец едва удержался на ногах. Чего-чего, а извинений от Майкла он никак не ожидал.
- Пустяки, - выдавил Т`арен. - Главное, с Цайраном всё в порядке.
- Ага, - дружелюбно кивнул Граф и вернулся к прерванной трапезе.
Маргарита, приоткрыв рот, смотрела на Майкла. Его поведение поставило девушку в тупик. Грозная и свободолюбивая Тень Аразры послушно отчиталась перед драгной, а в довершение извинилась перед казнившим его строном. И сердце Риты затрепетало надеждой. Она перевела взгляд на Т`арена, который вместе с Шарной и Кревом восстанавливал свой белый кубический дом, и тихо обратилась к отцу:
- Я хочу, чтобы Т`арен стал моим мужем.
Т`инкри сокрушённо тряхнул головой:
- Боюсь, твоему дяде это не понравится.
- Почему? - изумилась Рита.
Т`инкри бросил тревожный взгляд на Крева, опустил голову и тихо проговорил:
- Тебе лучше объясниться с ним самой.
- Хорошо, - пожала плечами Рита и шагнула к дяде, но Т`инкри удержал её:
- Не сейчас. Поговоришь с ним позже, наедине.
Маргарита удивлённо заморгала:
- Наедине?
Т`инкри не ответил. Он взял дочь за руку и потянул к восстановленному дому:
- Пойдём. Т`арен зовёт нас. Позволь ему проявить гостеприимство.
Рита оживилась, мгновенно забыв о Креве, быстро поправила волосы и последовала за отцом.
Майкл обернулся, проводил Маргариту и Т`инкри благодушным взглядом и сыто потянулся:
- Пожалуй, эмоций с меня хватит! Нужно поесть по-человечески!
Он уселся прямо на белый асфальт и сотворил себе огромную глубокую тарелку, доверху наполненную свиными рёбрышками. Косточка хрустнула на его зубах, и площадь опустела - строны чтили право каждого кровника на уединение во время трапезы и перенесли свои обычаи на человеческий обед Майкла.
Глава 10.
Исповедь Квентина.
Эльвира и Энтони оказались посреди пустой белой комнаты. Святоша скользнул взглядом по холодным снежным стенам, поморщился, и они украсились золотистыми гобеленами и магическими факелами в блестящих золотом захватах. На полу появился мягкий бело-золотой ковёр и высокие фарфоровые вазы с букетами белых, жёлтых и багровых роз. Воздух наполнился их свежим волнующим ароматом, и Эльвира мечтательно улыбнулась. Энтони обнял девушку и рядом с ними из воздуха сложилась огромная кровать на массивных ножках в форме когтистых львиных лап. Многослойный кружевной балдахин широким куполом накрывал ложе, застеленное белоснежными шёлковыми простынями. В изголовье живописной горкой возвышались пуховые подушки и подушечки.
Энтони подхватил Эльвиру на руки, и она счастливо рассмеялась. Свитер, джинсы и кроссовки пропали - на девушке красовалась тонкая ажурная сорочка. Тёмные волосы блестящей волной ниспадали на её плечи и спину, в глазах бушевала страсть. Край балдахина взмыл в воздух, и Святоша уложил возлюбленную на кровать. Его рука потянулась к застёжке плаща, но Эльвира не стала ждать. Она вскочила и рванула серый плащ. Застёжка отлетела в сторону, плащ упал на пол. Эля с рыком сорвала с возлюбленного рубашку.
- Не спеши. - Энтони сжал девушку в объятьях и нежно приник к её губам.
Эльвиру затрясло, как в лихорадке, и Святоша едва не захлебнулся в клокочущем потоке её страсти. На мгновение он опешил: Эля желала его не только на физички, но и ментально. Она жаждала слиться с ним воедино, выпить его до капли и наполнить собственными эмоциями. Но именно этого Энтони не мог ей позволить. Полукровка, какой бы сильной она ни была, могла утонуть в бездонных глубинах его сознания. Святоша хорошо помнил, как это случилось с Шарной, и не хотел пугать возлюбленную. Он кружился в потоке её вожделения, по капле отдавая свои чувства, и Эльвира потихоньку успокаивалась. И вот уже не бурный горный поток, а широкая полноводная река несла их к пенному морю любви.