— Ладно, — оперевшись в колени, Ллейд демонстративно поднялся. — Поправляйся. Мне надо проверить подготовку лагеря. И пора бы допросить парталанского командира.
— Об этом, Ллейд! — Данан немного подалась вперед, словно бросаясь за братом вслед, но встать не могла. Голова закружилась тут же.
Ллейд обернулся с вопросом в глазах. Она принялась говорить то, о чем прежде нарочно не думала, но что стало очевидным в один момент.
— Теперь, когда лагерь Парталы разбит, а сами они частью обращены в бегство или пленены, вы можете обратить это себе на пользу. Оповестите всех, что Таламрин и Диенар отбросили вторженцев с юга. И отправляйтесь в столицу, сначала миром, требовать награды. А когда вам откажут или начнут кормить обещаниями, что, мол, потом, потому что не понять, какая нужна награда таким героям, ставьте ультиматум.
Ллейда нахмурился, сделал шаг к сестре, но всего шаг.
— Гесс…
— Он рассказал, что знал, не больше. Только мне.
— О чем это вы? — спросил Борво. Секреты он не любил также сильно, как и все, чего еще не мог уяснить.
— И еще, — Данан проигнорировала. — Я сказала это Клейву, чтобы он сообщил лорду-магистру, так что уверена, вы найдете там поддержку.
— Что сказала? — Ллейд не уловил смысла.
— У Молдвинна в соратниках есть заклинатель душ. Попробуйте договориться с магами, стражами и церковью. Одни помогут вам обнаружить его, вторые — разоблачить, а влияние третьих хватит, чтобы сжечь колдуна.
— Заклинатель душ? — Ллейд напрягся всерьез. — Пока он не поднимает армий, он не так уж опасен.
— Так он поднимает! — нашлась Данан сразу.
— Он мешает нам, и мешает сильно, — перебивая чародейку, вступил в разговор Дей. — Это ищейка всем ищейкам. Мы шагу ступить не можем, чтобы не вляпаться в засаду! — тут он заметно преувеличил, но исправлять Дея никто не стал. Только Стенн пробормотал под нос:
— Ты будешь многообещающим политиком, мальчик.
Дей, однако, не сбивался:
— Мы шли здесь, вдоль границы с лагерем парталанцев, только потому, что надеялись: в непосредственной близи с захватчиком никто намерено шастать не станет.
Ллейд всматривался в лицо Дея, складывая в уме одно к другому. Видя, что у него еще остаются какие-то вопросы, Данан насела с другой стороны:
— Все в Даэрдине полетит коту под хвост, Ллейд, если этот заклинатель душ-таки приведет убийц Молдвинна к нам. Мы — последние смотрители Пустоты в стране, и мы должны выжить.
— К тому же, даже если Цитадель Тайн в землях Лаудана будет захвачена изнутри людьми Молдвинна, — продолжил Диармайд, — ты всегда можешь обратиться в южную. Ту, что неподалеку. Я видел сегодня отряд оттуда. Рыцарь-капитан Тайерар всегда верен клятве стража, и, я клянусь сам, он голыми руками удавит любого опального мага. Тем более, настолько опасного.
Ллейд выдохнул тяжело — не от того, что встретился с новой ответственностью. Оттого, что вдруг осознал, насколько глубоко все они уже погрязли в передряге, которую одновременно начали Брайс Молдвинн, король Драммонд, вождь островов Парталы, и Темный архонт. Таламрин вздохнул еще раз, поскреб голову. Проклятье… все они — он, его брат, его друг, его возлюбленная, все обычные люди, вся знать, чьих детей, братьев и сестер уволокли головорезы Молдвинна и Девирна, чтобы добиться их подчинения, даже его собственная сестра, которую он столь долгое время считал мертвой! — все по уши в дерьме. Когда Гесс написал, что с Данан порядок (не считая, что на неё одновременно зарятся последний наследник престола и эйтианская гадюка), Ллейд вздохнул свободнее, надеясь, что вскоре Данан уберется за пределы этого раздора!
И вот — она в самом его центре, потому что, похоже, всего за год научилась быть смелее самого храброго воина и ввязываться в безнадежные схватки. Он услышал её, он сделает, что получится, ничего не обещая, потому что обещать сейчас — опрометчиво. Не все зависит от него. Не все зависит от неё, потому что, если он, Ллейд, мог довериться хотя бы Диенару и Альфстанне, то у Данан чертовски ненадежное окружение. Даже Дей не опора. Скорее обуза, которую надо сохранить ради самих себя. Ведь кто, если не они?
Ллейд улыбнулся краешком рта, усмехнувшись беззвучно: где теперь маленькая девочка, которая впервые поехав с ним к Гессиму на границу, дрожа и озираясь, зашла в «Приют мадам Тифини»?
— Я рад, что ты жива, — тепло сказал мужчина сестре таким тоном, как будто похвалил. — Сделаю, что смогу.
Таламрины смотрели друг на друга целое мгновение, прежде чем Ллейд зашагал к выходу.
— Что сможешь? — возмутился Борво. — Гарантии бы не помешали!