— К сожалению, мой дядя не обладает вашим чувством юмора, август, — обратилась Альфстанна. — Он использовал вполне ультимативный тон.
— Что он потребовал? — напрягся Ллейд.
Стабальт распрямилась — её лопатки тихонько хрустнули — посмотрела с тихим вызовом.
— Твою голову.
Поведя головой, Таламрин почесал шею, взъерошил на затылке черные волосы.
— Непохоже, что ты здесь за этим, — протянул Айонас, не дожидаясь, пока Ллейд додумается до чего-нибудь.
— Я сочла за лучшее отказаться, полагая, что он попытается задержать меня в заложниках.
— И? — спросил Ллейд.
— Не ошиблась. Он запер меня, заявив, что при любой глупости сообщит о нашем заговоре Молдвинну и Хеледд. Как видите, мне удалось сбежать, но не потому, что мои люди обошли охрану дяди, а потому что он выпустил меня.
Теперь чуть вперед подался Диенар, вслушиваясь в каждое слово: выпустил, очевидно, с умыслом.
— Намерено выпустил? — подчеркивая каждое слово, спросил Айонас.
— Без сомнений. Не то, чтобы нас со всем никто не охранял, но серьезно: обойти охрану оказалось намного легче, чем мы ждали. Убираясь оттуда, один из моих людей слышал, что гонец Лаудана с донесением уже отбыл в столицу.
— Дрянь! — рыкнул Ллейд.
— Не думаю, что все так плохо. Если он упомянет всех августов разом, кроме себя, будет очевидно, что он просто сам пытается выбелиться. Не знаю за Молдвинна, — Стабальт глянула на Айонаса, вспоминая их перепалку в столице по этому поводу, — но Хеледд — тот еще политик, она предложит убрать самого Лаудана, чтобы заручиться поддержкой остальных. Глядите-де, как здорово я пресекаю клевету! — обыграла августа тон королевы и добавила: — Что-то в этом духе.
Что ж, поджав губы, признал Диенар, бабу лучше всех поймет только другая. Альфстанна тем временем перевела взгляд на Таламрина.
— Вместе с тем, есть еще одно обстоятельство. У нас с тобой похожая ситуация, Ллейд. Ты давно ведешь клан Таламрин, а я клан Стабальт. Однако в отличие от тебя, я делаю это по воле своего отца.
— Что значит, что тебя проще всего контролировать, скрутив Батиара Стабальта, — разумно подытожил Айонас. О болезненной немощи Батиара знала в Даэрдине вся знать.
Альфстанна покачала головой в согласии:
— Уверена, Лаудан рассудил так же. — Вдруг хмыкнула. — Вы, мужчины, почти никогда не смотрите на женщин всерьез, только этим мы и пользуемся. — Она опять усмехнулась и продолжила. — Со мной было пять раз по дюжине охранников, в нужный момент на тракте мы разделились, большинство отправились в наш чертог и потащили погоню туда.
— А ты примчалась сообщить об этом лично, — заключил Диенар.
Альфстанна, однако, скупо мотнула головой.
— Не только. Когда шестьдесят человек сидят по разным клеткам, многое можно услышать, милорд. А когда скачешь без продыху сутки — до многого додуматься. Я, конечно, приказала своим людям гнать в опор, как одуревшим, чтобы успеть вывезти отца из замка хотя бы в ближайшую усадьбу — под видом инспекции или еще чего. Но лучшее, что удастся мне на этом поприще — просто выиграть немного времени, прежде чем Лаудан доберется до него. А, значит, и до моей безоговорочной поддержки.
Айонас, сидя сбоку, изучал профиль девушки из-под полуопущенных век, стараясь не переходить границ приличия и не разглядывать слишком уж откровенно. Как держится, говорит, поводит плечами от усталости. Врет ли в чем или даже тело не выдаст, что августа переигрывает заранее обговоренный план себе на сторону.
— В которой ты отказываешь дяде потому, что… — протянул Диенар вполголоса.
Стабальт выпучила глаза на Айонаса, который сидел напротив, скрипнув зубами:
— Потому что он пойдет по любым головам, чтобы влезть на трон самому! В этот раз он доказал мне это в открытую. С головой Ллейда просто. Кто там в клане наследует после тебя? — спросила Алфьстанна, сведя брови над переносицей чуть вверх. — Опальная чародейка да гарнизонный капитан? К ним никто не прислушается, а старый Эйнсел всех бесит. Минус один голос в секвенте. Тогда остаетесь только вы, — подбородком указала на Айонаса, — и Вектимар. На Вектимара тоже всерьез не взглянут, он проиграл бой, в котором погиб король Драммонд. А что до вас… — она осеклась, раздумывая, как сказать. Айонас не столько сообразил, сколько почувствовал её мысль. Хмыкнул:
— Что, мне уготована смерть храбрых?
Девушка согласно повела головой, задержавшись с ответом из-за еды:
— По логике Лаудана — за правое дело — выдворение с трона узурпаторши. По логике Хеледд — в борьбе с парталанцами, — заключила августа с необычными интонациями взглядом. Айонас, задержав на её лице взгляд, не столько прочел, сколько понял мысль августы: «Оглянись, великий лорд, ты только добрался до дома, а тут уже разор из-за Парталы. Разве не говорила я тебе, что Хеледд выберет этот план?». Осмысливая происходящее, Айонас молчал и смотрел на Альфстанну еще пристальнее прежнего.