Один из охранников августы уже подошел, протянув к Альфстанне руки. Не задумываясь, она оперлась в плечи бойца и позволила ему снять себя с коня. Диенар ловил каждое движение, каждую интонацию в жестах — безропотность в услужливости мужчин, безоговорочность в доверии женщины, — щурился и присматривался. Он заставил себя оторваться от наблюдения, услышав голос местного лорда-магистра. Обговорив с ним цель визита, он вернулся к Альфстанне, сказав, что прежде хотел бы переговорить еще с коммандером стражей Вечного, поскольку планирует вовлечь их в оборону границ от парталанцев и исчадий. Может, и из магов кого прихватит — если коммандер и магистр посоветуют.
— Пока отдохни, — заговорил он с девушкой, провожая к лестничному подъему. — Тебя расположат. И твоих людей, конечно, тоже. Поселить их поближе?
— Не имеет значения, — откликнулась Стабальт, подстраиваясь под шаг августа. Кажется, Диенар немного ускорился.
— Даже так, — протянул Айонас, немного отводя глаза. — Верный пес всегда доходит до конуры, да?
Альфстанна тряхнула головой: опять? Она оглянулась:
— Август, — позвала устало, — оставьте свои намеки.
Утомилась, скрывая усмешку осознал Диенар. Он тоже: от скачки на коне днем и на строптивой молодой кобыле — ночью. А она отчего? Надумывала там не бог весть что после разговора в конюшне? Или все-таки тоже нашла способ сбросить напряжение?
Выровнявшись, Альфстанна расправила плечи и посмотрела уверено. Значит, игры кончились? Быстро.
Диенар, прицениваясь, утвердительно качнул головой: оставить намеки, так оставить.
— Ллейд не чужой мне человек, — сказал он строго. — Не хотелось бы, чтобы ты дурила ему голову или заманивала второсортным зерном. — Бросил, как заведомо голую кость тощей псине на цепи. Она смотрела свирепо и Айонас ждал, что вот сейчас Альфстанна от души съезди ему по лицу. Было бы неплохо, — подумал мужчина, непроизвольно вспоминая настрой прошлого вечера.
— Даром мне не нужен ваш Ллейд! — прошипела Альфстанна. Держится изо всех сил, но держится, подметил Диенар.
— Так ему и передать? — хмыкнул он вслух и замер: а вот тут действительно уже можно схватить. И не ладонью — кулаком! Он приготовился, на рефлексе приняв, что стерпит — заслужил. Чай, каких жертв не допустишь, чтобы вызнать о человеке все, что нужно.
— Нехорошо получится, Стабальт, — расслабленно повел Айонас, поняв, что девчонка лишь стискивает кулаки да зубы, но в ход пока не пускает ни одно, ни другое. — Ллейд знает твоих людей, пособничает твоим планам, поддерживает твои идеи. И все-таки ему ты не даешь. Еще и вот — даром не нужен. Нехорошо, августа. Мужчины не прощают, когда их используют.
— Никто не прощает, когда его используют!
Айонас хохотнул искренне: всегда комментирует то, что хочет, увиливая от главного.
— Ты так и не ответила.
Красная, как гранат, и разъяренная, как росомаха, она отступила от него, бросив:
— Вас это вообще не касается! Делайте, что условились, и большего не требуется.
— Миледи, — один из стражников нагнал их вместе с одним из тех, кому магистр поручил устройство леди Стабальт. Он поймал взгляд Айонаса, пытаясь передать серьезность настроя: август или нет, Альфстанну он в обиду не даст. Айонас поджал в усмешке губы — благо, хотя бы высунулся не тот здоровина Толгримм.
— Все в порядке, идем, — позвала Альфстанна. — Надеюсь сегодня, лорд, мы закончим.
Она старалась говорить размеренно и по-деловому, но Айонас слышал, как девчонка хочет поскорее сбежать. И когда она, следуя за провожатым из числа местных стражей, исчезла из виду, прячась за спинами охраны, Диенар улыбнулся в душе с трогательным умилением: неужели, он ошибся? Неужели в самом деле — девственница?
— Лорд? — позвал один из гвардейцев Айонаса.
— Идем, — ответил Айонас, таращась туда, где за поворотом исчезла Альфстанна. Потом развернулся и зашагал в кабинет лорда-магистра.
Решение пронзило мужчину спонтанно, ужалило, словно самая яростная пчела из огненно-черного вихря. Он запросит у коммандера стражей Вечного отряд бойцов под командованием опытного рыцаря-офицера, как и планировал. Потребует у магистра, как и сообщал ранее, хотя бы одного неопасного, но толкового колдуна. Может, даже двух. Но главное, попросит много больше того, о чем говорил в письме об Альфстанне, когда они с Ллейдом выслушали её затею.
Альфстанна не понимала, как может сейчас отдыхать, и металась по чародейской келье, как дурная. Словно маясь от боли в животе, обхватив себя руками, ходила взад-вперед, маневрируя между узкой кроватью, писчим столом, стульями и маленьким сундуком. Ей принесли еду, питье, прислали прислужницу, которую леди тут же выперла за дверь, и, ни к чему не притрагиваясь, лишь мерила шагами расстояние от двери до окна. С ней в комнате осталось двое телохранителей Толгримм и Берен. И, наблюдая за госпожой, последний не выдержал: