— Ким, как ты находишь ловушки в темноте? — поинтересовался он у друга, все также шагающего во главе их скромного отряда, тихо напевая под нос какую-то незнакомую мелодию.
— Так ведь это моя работа, — улыбнулся Киман, — большинство этих ловушек ставил я.
— Удивительно! Я хотел бы научиться.
— Старейшина даст вам дом и работу в общине. Если повезет, будем трудиться вместе, и я всему тебя научу.
— Спасибо.
Всю оставшуюся дорогу Рейна ворковала над своим питомцем. Она назвала его Ичи за забавные звуки, которые издавал крылан. Вся его шубка была изодрана, сильно досталось и крыльям. Зверек явно был изгоем среди своих, и за что-то жестоко наказан сородичами. Новая стая нравилась ему куда больше, особенно странное зеленоглазое создание, ласково пригревшее уставшее пушистое тельце на груди. Ичи почему-то сразу понял, что это ребенок, и возможно - девочка. Слишком заметна была разница в тембре ее голоса и росте, относительно остальных, высоких и серьезных. Беловолосый высокий и стройный юноша скорее всего был родственником его спасительницы, они пахли практически одинаково, к такому выводу пришел Ичи, наблюдая за ниесами, второй, совсем худой, с темными волосами по плечи, ему сразу понравился, он показался зверьку таким же добрым, как девочка, а вот третий, широкоплечий и хмурый, почему-то доверия не вызвал. Он вел себя как вожак, и очень напомнил крылану вожака его стаи, жестоко изгнавшего его самого, всего пару часов назад.
Тропа из факелов провожала путников до самых ворот, грубо сколоченных из цельных стволов деревьев. Такой же исполинский забор простирался вправо и влево, куда хватало взгляда, после чего терялся в темноте.
— Не стоит вам ходить по лесу в одиночку, — отметил Ким, — и в целом покидать общину разрешается только воинам и добытчикам.
— Мы не навсегда здесь, полушепотом произнес Хино, — уговор был лишь на время зачистки.
— Конечно! Но самовольный уход - тяжкое преступление в этих краях, равно как и предательство. Мы выведем вас тайно, когда придет время.
Ровер кивнул в знак согласия со словами товарища и громко постучал в ворота. Повисла пугающая тишина. Мгновения ожидания уже начали казаться слишком длинными, но громадные ставни с трудом отворились, открыв вид на что-то вроде деревни, залитой светом факелов и тусклых свечных фонарей. Стоило Рейне всмотреться в пейзаж, как прямо перед ними выросли две широкоплечие фигуры ниесов эдингов со странным взглядом, они будто бы смотрели всегда куда-то позади собеседника, причем каждым отдельным глазом в свою точку.
— С наступлением темноты не пускать никого, — сурово процедил сквозь зубы верзила справа и скрестил руки на груди.
— Не узнаете меня? Я Ровер, наследник Старейшины.
— Нам все равно, — продолжил второй сторожевой.
— Ну вот сами ему и объясните тогда, почему второе лицо общины осталось ночевать за стеной в разгар зачистки.
Эдинги переглянулись, после чего отступили назад.
— Проходи, огрызок, — рявкнул кто-то из них и поспешил перекрыть путь спутникам Ровера, — только он.
Киман едва заметно мотнул головой в сторону леса и поспешил свернуть с тропы. Хино и Рейна двинулись следом под скрип громадных ворот за спинами.
— Мы останемся здесь? — прошептала девочка, с опаской поглядывая по сторонам.
— Не останемся, — улыбнулся Ким, — мы предусмотрели это.
Пройдя пару десятков метров вдоль стены, ниес принялся шарить руками среди трав и кустарников, распугав при этом дюжину-другую светомошек. Спустя мгновение ему удалось ухватиться за веревку.
— Люк? — удивился Хино, — не такая уж неприступная ваша община.