— Поподробнее, — вмешался Кристоф, — как это отражается на сроке жизни?
— Всё взаимосвязано. Когда душа котенгу помещается в человеческий эмбрион, даже не имеющий магического дара, человеческий ребёнок при рождении автоматически обретает сверхъестественные способности, — Эцур ехидно покосился в сторону Арката. — Период жизни у людей не самый длинный, но опять же благодаря взаимосвязи с душой котенгу он порядком увеличивается и по сравнению с другими людьми маг имеет все шансы стать завидным долгожителем. Волки же и так живут дольше людей. В этом случае связь подселённой души с телом начинает работать на котенгу. Тэкеши благодаря своему происхождению даже для воронов прожил необыкновенно долго и как я понял, на тот свет пока не собирается. А теперь представьте, если бы ворон получил тело бессмертного…
— Мы поняли. Он бы стал бессмертным вранолаком.
— Раньше это казалось чем-то запредельным, слишком уж невероятным. Подобные игры с эльфами или драконами могли быть чреваты для нас трагическими последствиями. Но похоже, Тэкеши каким-то образом почти удалось воплотить в жизнь свои безумные замыслы.
— Как избавиться от души-паразита?
— Я знаю лишь один способ — начать и не завершить обряд. Обычно мы освобождаем птенца в период полового созревания организма. У людей это примерно лет в 15-18.
— Мне 25, — дрожащим голосом заметила Даша.
— Много, — ворон печально качнул головой. — Слишком долго он ждал. Вы должны понять. Это неимоверно трудно вынести. Безликое существование где-то на грани реальности, в полном одиночестве, день за днём, год за годом, теряя надежду, постепенно утрачивая остатки личности. За это время птенец уже мог сойти с ума. Дети не виноваты в грехах их отцов, но к несчастью вынуждены за них платить. Не тяните дольше. Пусть хотя бы смерть принесёт ей освобождение…
Вранолак получил обещанное кольцо и скрылся за углом улицы, на которой так и не появилось ни одного другого прохожего. Даша со смутной тоской, овладевшей сердцем, смотрела ему вслед, думая о том, как же теперь ей жить с этим знанием.
— Пойдём, — шепнул Кристоф, и ухо защекотало от его тёплого дыхания. — Нам пора возвращаться.
— Да, сейчас, — она протянула Аркату ключ от портала. — Вот. Пусть останется у тебя. Спасибо за всё. Я… мне пора…
— Мне жаль, что это случилось с тобой. И жаль, что я бессилен чем-либо помочь, — сухой ладонью старик погладил её по щеке.
Они покинули склеп. На кладбище была уже глубокая ночь, а в Бонрубервилле должно быть сейчас разгораются пурпурные лучи новой зари. Надо было спешить. Прощание с Аркатом было коротким и сдержанным. Старик посоветовал девушке быть осторожнее особенно с незнакомыми. Кристоф только молча кивнул магу и, взяв Дашу за руку, настойчиво потянул к порталу. Они возвращались на Агуннару и им предстояло найти приемлемый способ самостоятельно избавиться от посторонней души, живущей где-то внутри неё. В самом деле, не Тэкеши же об этом просить. Райан и Чарльз что-нибудь наверняка придумают. Выход всегда есть. О том, что птенец всё слышит и понимает Даша изо всех сил старалась не думать.
Глава 16
Проливной дождь наконец-то закончился и можно было выбираться из укрытия, чтобы продолжить путь. Путь в никуда, по кругу. Ада повесила на плечо сумку и подняла глаза к небу. А оно пронзительно голубое казалось слишком высоким, гораздо выше, чем ещё пару месяцев назад. Солнце весело играло жёлтыми лучами, наивно надеясь согреть Дикий лес. Но здесь возле земли даже в жаркие летние дни всегда царит сумеречная прохлада, а сегодня осень перевалила за середину. Лесные тропинки под ногами уже были украшены кружевом резных листьев самых ярких, насыщенных оттенков. По воздуху носились серебристые паутинки. Деревья с пурпурной и золотой проседью тихо шумели, как будто напевали лесным обитателям осеннюю колыбельную. Ночи стали холодными, часто сопровождаемые лёгкими заморозками. Больше не звучали в подлунной тишине волшебные голоса русалок. Видимо те уснули до весны на дне какого-нибудь тихого неподвижного озера.
Аду осень не радовала. Тёплые пёстрые тона не согревали глаз, потому что это означало, что скоро придёт зима. К зиме надо было готовиться, а она устала, была опустошена, вымотана до предела. В постоянной борьбе за выживание в суровых диких условиях магия была единственным спасением. Но в последнее время сил едва хватало на самые простые заклинания. А ещё беременность. За эти несколько месяцев бессмысленных блужданий живот основательно вырос и доставлял серьёзные неудобства. Самочувствие с каждым днём ухудшалось. Девушку постоянно бросало то в жар то в холод, появилась одышка, боль в животе и пояснице.