Мелек вернулась домой, затем в реальность и села, расцепляя руки и ноги, разрывая контакт с Навью, закрывая дверь в Явь. Выдохнув, она покачала головой. Примерно день у них еще есть. Просто так сорваться с места, без выплаченной зарплаты Эдже, да и ее нормального расставания с ухажером – глупость. Плюс, необходимо забрать документы из школы. Они, хоть и сменят третью по счету, но липовые-то документы не умеют делать. А ведь вскоре придется.
Встав, походив, пошла готовить.
***
Ночью Энджи чувствовала, как по ее грудной клетке кто-то топчется, сдавливает. Это не мешало ей дышать, но казалось, что торс одет в какой-то панцирь. Если бы она знала, насколько сильно сдавливается ее тело и при этом не трещат ребра, она бы сильно удивилась.
Из больницы ее вернули домой, потому как нервный припадок нехорошо скажется на ее репутации. Родители велели принимать успокоительное, снотворное и не делать вид, что ПМС страшная штука. Энджи дочь конгрессмена, а это обязывает. Она просто не имеет право быть психически нестабильной.
Открыв глаза, хоть и должна была крепко спать под действием снотворного, обвела взглядом свою спальню. Она была не такая, какой Энджи помнила с детства. Сейчас все было видно, хоть за окном кромешная темень, а повсюду летает мелкая крошка, как пепел. Но он не опадает, а парит, от дыхания отлетает подальше и вновь возвращается.
В какой-то момент ее перевернуло на спину, и снова нечто село на живот. Это нечто пугало до ужаса; настолько эта сущность заставляла бедную девушку трястись, что ее зубы отбивали динамичный ритм зубами. Руки с когтями, стягивали с груди одеяло, укладывались ладонями на холмики и сдавливая их, вонзались через ткань спальной футболки. Энджи кричала, но ни звука не разносилось по этой странной спальне, в которой она выросла; крик не расходился по углам акустической волной, гасший сразу после того, как рождался в горле.
После груди руки переходили на грудную клетку, проминали ее, вдавливали пальцы в ключицы шею. Больно было так, что на глазах наворачивались слезы. После такого массажа, который сводил с ума, наступал краткий миг свободы. Это когда гость из потустороннего переворачивал безвольное тело на живот и усаживался на ее поясницу. И все повторялось: в лопатки, над и под ними, поясница – все проминалось пальцами, запускались когти в плоть. Под конец этой страшной массажной практики от шеи и до основания ног все горело огнем.
Энджи кричала, но звук голоса был неслышен, словно здесь она была немой. Когда агония проходила, ее переворачивали на спину, укрывали одеялом и щелкали по лбу, говоря:
- Ступай в Явь, в Нави отказано. – В тот же момент Энджи просыпалась среди ночи с дико колотящимся сердцем, хватая ртом воздух.
Она подскакивала с кровати, врывалась в ванную, врубая свет и сдирала с себя футболку. Щурясь от яркости освещения, слезящимися глазами, осматривала сходящие на нет следы проколов от когтей. Буквально за две-три минуты эти точки исчезали. Она успевала сделать несколько снимков, но это было в первый раз, а теперь включала видео и просто смотрела в камеру. Под глазами черные круги, осунувшееся и посеревшее лицо, точки на всей грудной клетке и животе, а также спине и пояснице – за две-три минуты исчезали. Она становилась самой собой.
После того, как съемку заканчивала, оседала на пол и плакала. То, что с ней происходит, до ужаса пугает. Вчера она узнала, что Эль свихнулась. Она повсюду видит медвежонка с синим бантом, который ее преследует и травмирует. После ноги, она каким-то образом умудрилась изломать обе руки! В больнице, не слезая с кровати!
Что-то страшное грядет, нечто ужасное. Ее родители ей не верят, думают, что она нюхнула какой-либо запрещенной дряни. Это очень обижает Энджи, потому как она всегда заботилась о своем имидже и никогда в рот сигарету не брала! Обычную, без наркотических составов. Но все равно ей не верят.
***
Эль, которая гордилась тем, что она красивее королевы, и которая развешивала снимки с монтажом на Мелек, сейчас страдала за все свои деяния. Ведь она, как и полагается свитским, делала много гадостей тем, кто не входил в число приближенных к Энджи. Ее руки много кому попортили лицо, жизнь, да и просто были в самых интересных местах с интересными материалами. Она никогда не боялась сделать гадость, отвесить пощечину изгою ее же руками сделанному, и всегда гордилась тем, что является особенной.