Как ни странно — это было чистейшей воды правдой. Несмотря на приличных размеров живот, Гил работал загонщиком, а это значило, что в его обязанности входило в первую очередь выслеживание и преследование цели, из-за чего основную местность своей работы толстяк знал на отлично. И под объёмным пузом(Что уж тут греха таить — любил Добрый Малый пропустить кружечку-другую) у мужчины скрывались приличных размеров мышцы.
— Следопыт, значит… — С непонятной интонацией ответил ему названный Мизаром парень. — Следопыт — это хорошо. Я бы даже сказал, очень хорошо!
Быстрым шагом подойдя к Доброму Малому, одноглазый фаролец присел рядом с ним и с широким оскалом спросил у тучного мужчины.
— Скажи-ка мне вот что, пивное брюхо… Ты знаешь земли Фарола до последнего Великого Похода Нежити, или после?
— Эм… После, господин. — Слегка подрагивающим голосом ответил ему Гил, которого подобный вопрос не сильно обрадовал. — Но если нужно, я могу отметить на карте все опасные участки.
Примерно два десятка лет назад армии мёртвых владык «отгрызли» у королевства Фарол довольно приличный кусок земли и за прошедшее время нежить не везде смогли оттеснить обратно в Мертвые Пустоши — кое-где бряцающие костями покойники до сих пор ходили дозорами между пустынных барханов и случайно забредших в такие места людей могла ждать участь гораздо хуже смерти.
— Карту? Боюсь, что этого будет немного маловато для такого деликатного дела, как поход в Земли Мертвых. — Громко расхохотался одноглазый парень и схватив тучного мужчину за воротник латной перчаткой, без каких-либо усилий вытащил его из строя пленных. — Этот толстяк пойдет с нами. Остальных уби…
— Постойте, господин! — Сложив ладони в молитвенном жесте, Добрый Малый склонил голову перед тем, кого совсем недавно старался прикончить. — Я пойду с вашим отрядом совершенно добровольно и сделаю все, что от меня потребуется, только прошу — проявите милосердие и сохраните жизни остальным!
Перспектива увидеть, как весь его отряд порешат лишь потому, что они оказались бесполезны, а его оставят в живых из-за навыков следопыта, Гила не особо воодушевила. Толстый мужчина был свято уверен, что Вселенская Справедливость не оставит это без ответа и за такую невероятную удачу в будущем подкинет ему беду сопоставимых размеров, а потому Добрый Малый решил оправдать свое прозвище и попытаться сделать хоть что-то для спасения своих боевых товарищей. Пусть большая их часть была теми еще ублюдками и вполне заслуживала смерти, но… Бездействовать он просто не мог.
— Милосердие? Забавное слово… Знаешь, я его ой как давно не слышал и уже практически забыл, что оно вообще значит. — Насмешливо ответил ему Мизар, однако после предложения Гила головорезы, что сторожили пленников и уже начали заносить клинки для добивающих ударов, замерли и стали ждать ответа своего предводителя. — Видимо совсем уже одичал в обществе красноглазых упырей…
Задумчиво постучав пальцами по своему подбородку, парень хитро ухмыльнулся и обрадованно щелкнул пальцами.
— Тебе повезло, мой пузатый друг! Мне тут в голову пришла чудесная идея… — Встав перед рядом стоявших на коленях наймитов, одноглазый парень вытянул вперед руку, на которой находился металлический наруч и показательно играя на публику, патетично воскликнул. — Возрадуйтесь, несчастные, ибо сегодня ваш счастливый день!
Сложив руки за спиной, Мизар начал вышагивать перед наемниками, словно генерал перед строем своих верных солдат.
— Воистину в этот миг сами боги удачи обратили на вас свой ласковый взор и избрав меня своей дланью, даровали вам шанс избежать неминуемой кончины! И все благодаря… — Тут он повернулся к тучному следопыту и тихо у него спросил. — А тебя как зовут-то?
— Гил, господин.
— Благодаря Гилу Милосердному и его невероятному дару красноречия! — Воздев руки к небесам, воскликнул одноглазый парень. — И теперь я дам вам выбор — станете ли вы частью моего маленького, но от того не менее великого воинства, или же будете кормить падальщиков своей гниющей плотью⁈ Каков же будет ваш ответ? М-м-м?
От этих слов на какой-то миг оторопели все — и сами пленные наймиты, и сторожащие их головорезы, и даже темноволосая девушка, что стояла неподалеку от Мизара. Единственной, кто сохранил полное равнодушие была синечешуйчатая ящерица, которая до сих пор грустила из-за сокращения своего рациона и которой было глубоко наплевать на каких-то там людишек.