Первым пришел в себя смугловатый громила, который ранее сторожил Доброго Малого.
— Господин Мизар, вы что, собираетесь взять их в отряд?
— Ты невероятно проницателен, уважаемый Зур. — С довольной ухмылкой кинул в ответ парень. — Именно это я и планирую сделать.
— Не сочите мои сомнения за оскорбление, господин, но каким образом вы думаете обеспечить лояльность данного сбро… Данных уважаемых личностей? — Скептически посмотрел на пленников смугловатый громила, вызвав со стороны схваченных наймитов что-то отдаленно напоминающее одобрительные кивки — спасение-спасением, а этот вопрос их тоже интересовал довольно сильно.
— О, на этот счет можете не беспокоиться, у меня есть надежный способ. Зария его на себе уже опробовала, так что она может подтвердить его действенность. — Хитро оскалился парень, пока стоявшая за его спиной девица вымученно вздохнула. — Я тут недавно общался с крайне высокодуховной личностью… Жрецом Хазарата — темного бога мучений и пыток, которому поклоняются всякие садисты и палачи. И он мне на совершенно безвозмездной основе подарил один небольшой свиточек…
Достав из рукава свёрнутый в рулон лист бумаги, одноглазый парень помахал им перед носом у пленных наймитов.
— Вот тут составлен небольшой договорчик, на котором вам придется расписаться своей кровью. Там нужна будет совсем капелька, так что не беспокойтесь… Больно не будет.
— Нам что, души свои придется тебе продать? — С подозрением спросил у Мизара один из пленников, во взгляде которого отчетливо читался суеверный ужас. Да и в целом, даже у верных одноглазому фарольцу головорезов вид сейчас был не особо радостный — с подобными «темными колдунствами» их братия связываться ой как не любила, потому как чаще всего смертным подобные сделки выходили боком.
— Нет конечно! — Оскорбленно воскликнул парень, махая свитком в воздухе. — Я же не демон какой-нибудь, чтобы договора с вами заключать! Да и дались мне ваши жалкие душонки! Даже если я их каким-то чудом смогу получить — что мне потом с ними делать? Есть их, как твари из Бездны — я не умею, знакомых, которым можно продать такой специфический товар — не имею. Так что не-е-ет… Все куда интереснее.
Развернув свиток, Мизар продемонстрировал пленным наймитам руны, которыми была изрисована бумага.
— Вы поклянетесь мне в том, что будете служить мне всю свою жизнь или до того момента, пока я не отпущу вас восвояси. Что никогда не поднимите на меня клинок и никогда не пойдете на предательство. Что… В общем, пунктов в этом чудесном договоре будет довольно много, но суть такова, что вы будете служить мне в обмен на свои жизни и тогда мы забудем об досадном недоразумении, которое произошло менее часа назад. А вот залогом этой сделки станет ваша душа, за которой придут слуги Хазарата, если вы вдруг попробуете как-то нарушить наш уговор. И можете быть уверены — темное божество боли и пыток сделает остаток вашей вечности воистину незабываемым… Причем даже сам Творец не сможет защитить вас от этого, потому как Хазарат будет целиком и полностью в своем праве, потому как сделку вы заключите совершенно добровольно.
Ядовито ухмыльнувшись, парень, обвел глазами стоявших на коленях пленников и веселым тоном спросил.
— Ну что, кто первый хочет принести мне клятву?
— Они совершенно бесполезны.
Бывший рыбак, что сладко дремал, прислонившись к теплому боку ездового хуаза, лениво приподнял один глаз и посмотрел на Зарию, что скрестив руки, стояла рядом и сверлила его мрачным взглядом.
— Даже если на секунду предположить, что меня вдруг резко начало волновать твое мнение касательно моих действий… Чего ради тебя это так начало волновать? Неужели ревнуешь, что ты теперь не единственная, кто работает на меня из-за заключенной клятвы?
— Вот еще! — Презрительно фыркнула темноволосая наемная убийца. — Но по твоим словам мы тащимся чуть ли не в пасть к голодной нежити и балласт в виде пятнадцати неумех меня почему-то не сильно радует.
— Посмотри на это с другой стороны — если станет жарко, то будет кого кинуть на клинки нежити, пока мы будем делать от неё ноги. — Равнодушно пожал плечами молодой наемник.
— Нежить не устает, а щит из этих идиотов долго не продержится. Как только мертвецы закончат с ними, то примутся нас преследовать, а выносливее мертвеца еще не родилось создания.