— Это не важно, у них будет достаточно сосудов.
На самом деле Жнец не знал, сколько всего Теней на той стороне, ведь сами они были довольно дики и считать попросту не умели. Лишь малый процент людей окажется подходящим сосудом для этих ночных тварей, остальные же пойдут на корм, а более-менее стойких используют для зачатия новых людей, которых будут ожидать оставшиеся без сосудов Тени, не осознавая, что все они будут иметь ген Хомо Эребус.
Спустя какое-то время они это поймут, но тогда останутся лишь самые стойкие одаренные, однако их явно будет меньше, чем Тенеловов. Жнец надеялся, что новые поколения Охотников, рожденные напрямую от Теней, практически с самого детства будут иметь аберрации, и не какие-нибудь, а не менее полезные, чем у Везела и остальной пятерки. Конечно, и среди других Охотников периодически попадаются те, кто обладает очень сильной аберрацией, например, Фолла, одним взглядом способная взять под контроль человека и даже одаренного Тенью, жаль, что лишь одного за раз.
— А Охотники? — неожиданно поинтересовался Везел дрожащим голосом. — Они же не могут вселиться в Охотников.
— Охотники выбрали свою судьбу, — ответил Жнец. — У них был выбор, и они его сделали, но сейчас уже слишком поздно, таймер запущен. Выживут лишь те, кто на моей стороне.
— Я… я тоже хочу быть на вашей стороне, — скороговоркой проговорил Везел. — Мне умирать совсем не хочется. Меня во все это втянули без моего согласия.
Жнец усмехнулся.
— Ты и так уже на моей стороне, хочешь ты того или нет. Мне лишь нужны твои способности, используешь их, когда я тебе скажу, а там посмотрим, стоит ли тебе доверять или нет.
В случае провала переговоров с Высшими Тенями, у Жнеца был запасной план. Он был похож на основной, только куда более долгосрочный, а это значит, он попросту не сможет предвидеть, как все пойдет, не сумеет направить его в нужное русло. О его истинных мотивах не знал никто, кроме Шуда, который должен был занять его место после скорой кончины Жнеца, но Шуд мертв, и Вольфгангу необходимо было найти нового преемника и поведать ему о своей задумке.
Но кто еще решится пожертвовать целым миром, чтобы его спасти?
Джону очередной раз перевязали раны и посоветовали поменьше напрягаться. Подобными советами он пренебрегал уже давно, и сейчас тоже не спешил изменять своим принципам. Вместо того чтобы отдыхать в своей комнате, как и остальные не особо серьезно раненные, он помогал разбирать завал в штабе.
— Не перенапрягайся, — посоветовал ему Мефистофель.
— Заткнись.
— Силы тебе еще понадобятся. Ты же не думаешь, что Жнец на этом остановится? Ничто не кончено, пока он жив. Если расслабишься, он этим воспользуется.
— Без тебя знаю. Ты то говоришь не перенапрягаться, то не расслабляться; определись уже.
А ведь Мифисто уже говорил ему не расслабляться, когда Джона спасли и он оказался в своей новой комнате в штабе. Еще он говорил, что Жнец попытается его убить или захватить вновь, а Джон был уверен, что нужен ему для чего-то иного. И кто оказался прав? Джон до сих пор жив, но все же едва не лишился жизни на Рождество, а если бы Жнец не желал ему смерти, то приказал бы своим людям его не трогать.
Или же он был уверен, что Синигами выживет в любом случае?
— Расслабь тело, — сказал Мефисто, — но разум свой сделай острее, как никогда раньше. Ты не привык сталкиваться с умными противниками, поэтому до сих пор проигрываешь Жнецу. Даже мне трудно предугадать его дальнейшие шаги, а ведь я умнее тебя.
Не успел Джон разозлиться и ответить, как Мефистофель растворился в воздухе, оставив после себя знакомый привкус.
Все было плохо, а потом стало еще хуже. Рано утром Джон сидел в своей комнате и просматривал новости, завтракая у себя, так как столовая все еще смердела кровью, и есть там было просто невозможно. Он успел съест лишь половину, когда увидел по телевизору то, что заставило его все бросить и бегом направиться в кабинет Камиогавы.
— У нас проблемы, — выпалил он, как только распахнул дверь.
— Уже знаю, — ответила она. Камиогава была как обычно одета в свою строгую одежду, а на столе перед ней лежали груды всевозможных бумаг. — Как это могло произойти?
— В тот день я отправился обследовать место, откуда похитили Машери, но там меня уже поджидал Майлз. Его отправил Жнец, как сказал сам Тор, чтобы он прикончил меня, но в том состоянии это оказалось ему не под силу.
— Судя по кадрам видео, его истинная цель заключалась в ином: снять вас на пленку, как доказательство существования ночных боев. Теперь мы не сможем отговориться, мол, мы боремся с террористами. Личность Майлза уже установлена.