— Так быстро? — удивился Джон.
— Помнишь, когда Тор «погиб» в первый раз? Его тело успели заснять журналисты. Тогда не было большой шумихи, потому что мы успели все уладить и изъять все материалы и записи. Как оказалось — не все. Среди дотошных журналюг оказались настоящие черный копатели. Они выяснили личность Майлза, пусть и не могли пустить это в эфир, но теперь, после всего случившегося, у нас попросту не было времени отслеживать все СМИ, да и не думали мы, что у Жнеца еще остались тузы в рукаве. В общем, сейчас записи мнимой смерти Тора тоже попали в эфир, и все гадают, как так получилось, что человек, якобы погибший двадцать первого ноября, спустя почти неделю сражается в башне «Минуты Икс».
— Но откуда они знают, что запись не была сделана раньше?
— Ты разве забыл, когда рухнул циферблат?
— А, точно, — вспомнил Джон.
— Да, — протянула Камиогава, — похоже, отстранение меня от должности более справедливо, чем я даже считала.
Дела шли все хуже и хуже. Мефисто оказался прав: трудно предугадать дальнейшие шаги Жнеца, а он явно не собирается останавливаться. Еще чуть-чуть, и его стопа раздавит организацию, а затем и весь мир. Он не создал новые Дыры и не выпустил Теней на Рождество, как обещал, но это не значит, что он не собирается этого сделать.
Пора тоже начинать идти ему навстречу, чтобы остановить. И у Джона уже был план. И раз уж Камиогаву отстраняют, ей больше нечего терять.
Оливер чувствовал себя погано. Мало того, что он вместо побега решил неожиданно даже для себя изменить планы, так еще и оказался абсолютно бесполезен в бою. На него так никто и не напал, а остальных убивали Охотники, и посему от его присутствия не было абсолютно никакой пользы. Правда, Мейсон, можно сказать, спас жизнь Джону, чего не произошло бы, если бы они не вернулись. Но не пытайся они сбежать, подобной опасной ситуации и вовсе могло не возникнуть.
Гадать можно вечно, но случилось то, что случилось. Оливер вновь в своей комнате, которую, как он думал и надеялся, покинул навсегда, а за дверью вновь охрана. Теперь уверенности в них было меньше, однако их всех заверили, что это люди, проверенные в бою. Теперь им не просто позволили хранить у себя в комнатах оружие, но и носить его с собой всюду, не снимая. Уверенности это явно прибавляло, но также и пугало, потому что с оружием ходили все.
Оливер пересек коридор и постучал в дверь Сьюзен, однако на сей раз не ради того, чтобы запланировать побег. Дверь распахнулась не сразу, и Оли по опухшим глазам девушки догадался, что она только что плакала. Они привычно уселись на кровати.
— Как твои друзья? — спросила она. У Оливера не было времени сходить к ним раньше, хотя он и знал, что с ними все в порядке, поэтому он спустился в лазарет только сегодня незадолго до захода солнца.
— Они не пострадали. Дверь в лазарет оказалась заблокирована, поэтому враги туда не смогли проникнуть. Камиогава обещала мне, что их скоро отправят домой, надо только утрясти формальности. На этот раз я ей поверю.
Сьюзен лишь покачала головой. Она была подавлена со дня побега, но из-за постоянных расспросов о произошедшем, им так и не удалось поговорить наедине. Две ночи подряд они отвечали на вопросы и писали отчеты, периодически прерываясь ради того, чтобы и их самих отчитывали за своевольство.
— Ты не виновата, — прервал он неловкое молчание неловкими же словами. — Если бы не ты, Мейсон был бы уже мертв, а возможно, и все мы.
— Я снова убила человека, — ответила она и тут же расплакалась. Оли неуверенно ее приобнял одной рукой, стараясь утешить. — Я поклялась себе, что больше ни за что никого не убью.
— А я, что сбегу, но затем передумал. Не все, к чему мы стремимся, воплощается в жизнь. Иногда у нас просто нет иного выхода.
Они просидели так еще несколько минут, а затем Оливер ушел. Но в коридоре он встретил Бертона.
— А, Оливер, как дела?
— Вы в столовую? Тогда я с вами. — Оли не особо хотел есть, но от чая с бутербродами не отказался бы.
— Слышал новости? О видеозаписи?
— Нет, — покачал головой Оливер. — Что за видеозапись?
— На ней Джон дерется с Майлзом. Ты же слышал о Майлзе, так же известным, как Тор? Так вот, эта запись попала журналистам — Жнец постарался, не иначе, — и ее весь день крутили по телевизору вместе с записью, где тело Мейсона обнаружили мертвым на улице за неделю до этого, только вот, как оказалось, он вовсе не умер. Теперь почти все уверены, что организация — это лишь прикрытие для уличных смертельных боев без правил. Теперь правительству не отвертеться.