– Они дали деньги Алану, – шёпотом сказал Радан. – Марта и Войтех не хотели тебя втягивать в ссору, поэтому твой отец соврал, сказав, что пошёл к соседу за дрелью, у вас ведь был ремонт… на самом деле побежал за Аланом. Они ещё некоторое время выясняли отношения, но в итоге… сила любви и кровная привязанность победили, – он заметил, как после сказанного глаза Милены округлились, аккуратный маленький рот чуть приоткрылся, но слова, застыв, так и не сорвались с её губ. Милена стала теребить висящий на шее крестик, вся обратилась в слух, сосредоточилась. – Твои родители оказали Алану финансовую помощь, даже большую, чем требовалось. Тот, обрадованный, днём позвонил своей девушке… Сообщил, что вечером встретится с вымогателями. Отдаст долг, и они навсегда забудут про них как про страшный сон. Но, – Радан чуть помедлил, прежде чем произнести, – всё произошло иначе. Сумма за несколько дней увеличилась вдвое, а во второй раз просить родителей помочь Алану было стыдно. Он решил, что сам со всем разберётся. Он был довольно наивен, не предполагая, что те, кому он должен, столь жестоки и бессердечны. После этого Алан пришёл в ярость. Послал их к черту, сказав, что карточный долг выплачен, он никому ничего не должен. В тот же вечер чёрная машина со стёртыми номерами сбила его невесту. А она была беременна. Именно этой радостью Алан хотел с тобой поделиться, но не успел.
– Откуда, – голос Милены дрогнул, сорвался, – ты это знаешь? Почему, – она часто заморгала, – ты раньше молчал? Почему мне не сказал? Нет! – замотав головой, крикнула девушка. – Я не верю тебе! Ты врешь!
Радан молча подошёл к столу, открыл средний ящик и достал из него небольшой бархатный мешочек для украшений. Вынул оттуда монету.
– Узнаешь? – он, подойдя ближе к зеркалу, показал её Милене. – Я достал это из твоей могилы.
Дрожа всем телом, она кивнула. Серые глаза начала застилать пелена слёз.
Радан вынул из кармана брюк ещё монету.
– А вот эту? – он вопросительно изогнул бровь. – Она идентична первой. С одной стороны на ней – изображение креста, якоря и сердца, с другой – надпись «Вместе и навсегда».
– Откуда? – тяжело дыша, только и смогла произнести Милена. В её покрасневших и лихорадочно блестящих глазах застыли отголоски щемящей боли.
– Тот мужчина, о котором я только что тебе рассказывал, подарил мне её на прощание, – Радан понизил голос и, развернувшись, положил монеты на стол. – Да, Милена, – сказал он, словно отвечая на её немой вопрос, – тот мужчина и был твой брат, Алан, – присел на угол стола и сложил руки на груди. – Он боялся сам прыгнуть с крыши, ведь он так верил в Бога и знал, что в таком случае непременно попадёт в Ад. А ведь Айрис, его невеста, в Раю. Он был в этом убеждён, – печальная улыбка легла на его губы. – Девушка была чиста, светла, всем и всегда делала только добро… Любящие друг друга души не могут соединиться за небом, за звёздами, там, где прячется Бог, – горькая усмешка, – если одна из них омрачена грехом самоубийства.
– Ты? – Милена резко вскочила на ноги. – Ты! Убил! Моего брата! – она что есть силы ударила по зеркалу, пытаясь его разбить и выбраться наружу, явно чтобы задушить Радана. Её лицо перекосилось от ярости и гнева. Глаза остекленели.
– Да, Милена, – Радан кивнул. – Я убил Алана, – сдержанно произнёс он.
– Как ты мог? – новый удар кулаком по зеркалу. – За что? В тебе нет ничего святого!
– Как знать, – покачав головой, едва слышно сказал Радан. – Может, ты права, а может, и нет. Но... ведь не просто так я устроил целый спектакль с его смертью. Не просто так его спалил! Я обещал ему, что найду тех, кто убил Айрис, – холодно парировал он, вспоминая данное брату Милены обещание. Ведь и у него в своё время убили невесту, которая с минуты на минуту должна была стать его женой. Он понимал всю оглушительную, раздирающую в клочья сердце и душу боль Алана, хотя его слабость, желание не мстить, а просто умереть никак не укладывались в голове у Радана. А ведь он предлагал свою помощь мужчине, но боль того была сильней жажды крови обидчиков. – А для этого мне надо было привлечь внимание виновных. Полиция… В ней были их люди. Всё довольно просто.
– Просто?! – ошарашенно переспросила Милена. – О, Господи… – она закатила глаза. – Ты монстр! – колючий взгляд. – Чудовище! – её голос был полон презрения.
– Возможно, – спокойно согласился Радан. – А теперь уходи, – он чуть коснулся лепестков цветов, стоящих в вазе на столе.
«Как вместе солнцу и луне не быть на одном небе, так не быть с тобой и мне на этом жизни бреге».