Он хотел было уже отстраниться, но Авелин не позволила, крепче сомкнув свои пальцы на его шее. Глубже целуя его.
– Я не боюсь, – порывисто произнесла она между поцелуями.
Подхватив Авелин на руки, Радан посадил её на подоконник. Запустил одну руку в светлые волосы, а второй чуть раздвинул её ноги. Поглаживая внутреннюю часть бёдер Авелин, он пальцами нащупал кружевное белье. С влажных губ девушки сорвался протяжный стон. Чуть потянув трусики за резинку, Радан продолжал любоваться Авелин, в упор глядя в затуманенные сладкой истомой глаза, в которых хоть и слабо, но всё-таки виднелся едва уловимый страх.
Неловко рванув рубашку Радана так, что пуговицы, оторвавшись от ткани, полетели на пол, Авелин испуганно застыла, но в следующий миг прижала ладони к его груди.
Кожа к коже. Поцелуй.
Авелин затрепетала и доверчиво прижалась к Радану. Отодвинув лямку ситцевого платья, он прошёлся губами по круглому плечу, чувствуя, как ноги Авелин сжали кольцом его бёдра. Он постепенно начал терять контроль.
Краем глаза заметил, как в зеркале появилась Милена. Из её покрасневших глаз текли горько-солёные слёзы. На лице застыла маска потерянности, боли. Ярость и гнев точно стёрлись, испарились. Осталась лишь обречённость. Милена содрогнулась. Сделав шаг назад, она, опустив голову, отвернулась от Радана и Авелин. Замерла. И, кинув из-за плеча полный печали взгляд на них, неслышно вздохнула и стала уходить.
Радан улыбнулся про себя, вдыхая запах Авелин, глухо зарычал, желая получить что-то большее, чем просто поцелуй. Настойчиво и требовательно теребя мягкие губы, он сжал её ягодицу. Авелин, обняв его за спину, безболезненно, но ощутимо прошлась по ней ноготками. С губ Радана слетело полное нетерпения рычание. И этот рык заглушил звуки скандала, разразившегося между Леоном и Велией на нижнем этаже.
Сознание Радана помутилось от накрывших его ярких чувств, но, чувствуя, как Авелин с каждой новой секундой всё больше трясётся от страха, он всё-таки нашёл в себе силы чуть отстраниться от неё.
– Не надо, – прижавшись щекой к щеке Авелин, ломко произнёс он, выравнивая дыхание, медленно и глубоко втягивая воздух.
Авелин замерла. Лихорадочно вздохнула.
– Я… Я тебе противна? – растерянно и запнувшись спросила она.
В этот миг Радану показалось, что на него вылили ведро ледяной воды, а в сердце вонзили раскалённый металл. Выгнувшись, как от тычка в спину, он ладонями обхватил лицо Авелин и заставил её на себя посмотреть.
– Нет, – чётко произнёс он. – Не смей так никогда думать. Ни-ког-да. Ты…
– Почему? – прервала его Авелин. – Почему тогда… – её голос бессильно замер. Опуская ноги с его бёдер, она потупила взгляд.
Боль – не едкая, не кричащая, не ломающая, а тупая боль ударила кулаком прямо в грудь Радана.
– Я не хочу тебя потерять, – сказал он. – Все, кого я любил, мертвы. А ты, – небольшая пауза, – ты мне слишком дорога, чтобы…
Он не успел договорить, как Авелин, приложив палец к его губам, заставила замолчать.
– Не объясняй, – посмотрела в его глаза. – Если так надо, то… – недоговорив, приподняла уголки губ и бережно убрала чёлку с глаз Радана.
Он прижался лбом ко лбу Авелин.
– Мне не стоило…
– Стоило, – она аккуратно и боязливо коснулась пальцами подбородка Радана. Его щёк. Губ.
– Спасибо, – он на мгновение прикрыл глаза. – Спасибо, что ты рядом, – вдохнул мягкий запах её растрёпанных волос, – просто рядом и даёшь мне силы… – крепко обнял Авелин, прижимая её голову к своей груди. – Ждёшь.
– Я всегда тебя буду ждать, Радан...
– Не стоит, – против воли сказал он. – Я хочу, чтобы ты была счастлива, Авелин. Забудь меня, ты ещё обязательно…
– Я и так счастлива, Радан, – приподняв голову, она встретилась с ним взглядом. Улыбнулась. – Правда, счастлива.
– Это ложь, – он покачал головой.
Авелин, отведя в сторону взгляд, прикрыла глаза.
– Ты сказал, что я дорога тебе… – уткнувшись носом в широкое плечо Радана, она крепко его обняла. – Это ложь?
– Нет, Авелин, – прошептал он, поглаживая её по голове. – Это не ложь.
– Тогда я счастлива.
Радан тяжело вздохнул, ненавидя себя за минутную слабость. Поддаваясь чувствам, он ставил её под удар. Но в то же время… Он не хотел, чтобы Авелин его покинула; даря свои поцелуи, ласку и любовь, нашла жизнь в чужих объятьях. Он знал, это эгоистично, возможно, немного подло, но помнил о загадочном плане Анта. Радану осталось лишь запастись терпением, которое уже трещало по швам.
– Я уеду. Пока не знаю, насколько. На день, месяц или больше, – он судорожно сглотнул.
– Буду ждать…
Взяв за руку Авелин, Радан её поцеловал. Ещё раз вкусил сладкий мёд заветных губ. Разомкнув объятья и молча, не оборачиваясь, но чувствуя на спине взгляд Авелин, покинул комнату.
В сознании вспыхнула парадоксальная мысль… Несмотря на всю боль, на всю ненависть и злость, он не хотел терять Огниана, который странным и изощрённым способом стал его частью. Стал его тенью… Приведшей к Авелин. К бесценному вечному сокровищу.