– Радан, – несмело позвала она его, – куда мы едем?
– В лес, – быстро проговорил он и переключил скорость на более высокую передачу. Красный свет высоких ярких светофоров стал его раздражать.
– Радан, я не хочу…
– Чего именно ты не хочешь, Авелин? – прорычал он, переключая передачу. – Чтобы я убил его? Его! Того самого, кто столько лет держал тебя в заключении и издевался над тобой, как только желал! Того, кто на твоих глазах убил твою дочь! – его пальцы с ещё большей силой сомкнулись на руле, едва не ломая. – Того, кого ты по сей день панически боишься! Да так трепещешь, что даже ненависть за всю полученную боль, все страдания и унижения оказалась слабее! Ничто в сравнении с твоим страхом, Авелин! Ведь именно из-за него ты не продолжала свою месть! Не убила его! Из-за лютого и раздирающего разум ужаса! Будучи теперь сильнее его в разы, ты боишься его, Авелин, словно он Бог, а ты гусеница!..
– Радан, – перебивая его, запинаясь, протянула она. – Ты прав, прав… – положив ладонь на его плечо, она уткнулась в неё переносицей. – Я боюсь, но… – глотая слёзы, она сделала глубокий вздох. – Я не хочу, Радан! Милый мой, хороший, я не хочу, чтобы из-за меня ты брал на душу грех… Это моё наказание. Поэтому если он всё ещё жив, значит, так надо. Радан, любимый мой, родной, пожалуйста, пусть… Пусть его покарает судьба.
– Душу?.. – злая и одновременно горькая усмешка. – В таком случае я его судьба, – резко огрызнулся он, не желая продолжать бессмысленный разговор, ибо уже всё решил, и никто и ничто не могло его переубедить. Пора оставить один из скелетов прошлого там, где ему и следует быть – в могиле.
– Радан… Тогда… – на мгновение Авелин перестала трястись и, словно собираясь с духом решительности, сделала небольшую паузу. – Убей его медленно. Пусть ему будет невыносимо больно, – шёпотом, почти беззвучно, точно сама не веря в свои слова, попросила она и ещё сильнее сжалась, будто стыдясь озвученной просьбы. – За Айми.
– В этом можешь не сомневаться, – косо улыбнувшись, Радан свернул с шоссе на посечённую ямами грунтовую дорогу. Он нисколько не был удивлён просьбой Авелин, потому как знал – она всем сердцем желала отомстить Арно за дочь. Жаждала, но панически робела. Ему трудно было её упрекнуть за слабость перед садистом. Не она была виновна, а тот, кто украл её силу, но теперь тот всё вернёт с процентами.
В автомобиле повисла тишина, однако она нисколько Радана не напрягала. Придумывая, каким мукам подвергнуть ненавистного ему мужчину, он и не заметил, как доехал до окраины леса. Остановившись и погасив фары, вынул ключ из замка зажигания. Макушки деревьев едва уловимо покачивались, словно приветствуя его тихими аплодисментами.
– Ты уверен, – нарушая молчание, шёпотом начала Авелин, – что хочешь…
Радан кинул на неё колючий взгляд. Она судорожно вздохнула и опустила глаза.
– Можно… Разреши, я останусь здесь? Я не хочу его вновь увидеть… Это, это всё слишком… – она умолкла и закрыла лицо ладонями.
Поцеловав её в висок, Радан вытащил из бардачка шприц с наркотическим препаратом. После рассказа Авелин о её прошлом он стал возить его с собой, начав искать Арно, не ожидая чудесного подарка от ночи. Положив его в куртку, вышел из машины. Захлопнув дверь, не оглядываясь, зашагал в глубину мрачных и безмолвных объятий леса. Кое-где виднелась лесная трава, непримятая ни любителями сбора грибов, ни ветром – беспечным и неугомонным. Высохшая и вялая, она уже скинула семена на землю и печально шуршала под ногами Радана, а коричневое и тускло-зелёное, пятнами оранжево-жёлтое покрывало тихим шёпотом следовало за его шагами. Выйдя на небольшую прогалину, Радан остановился и, осмотревшись, стал дожидаться Арно. Скользнув взглядом по серповидной луне, что тоскливо кидала на него свой свет, заметил, как на её фоне на высокую стройную берёзу медленно опустились два ворона. Он без труда узнал в одном из них Феликса, а во втором – птицу Авелин. Радан вспомнил, как однажды, когда он решил пойти по тропе Тьмы, посланник Князя поведал ему, что после того, как два вампира, полюбив друг друга, станут парой, их вороны всегда будут где-то поблизости от них. Ворон Радана станет беспрекословно слушаться не только его, но и выбранную им девушку. И возлюбленная станет иметь над тёмной птицей большую власть, чем сам Радан. Так же как и он получит контроль над её вороном.