– Не люблю понапрасну тратить время, особенно когда меня ждут.
– Авелин? – встав почти вплотную к Радану, бесцветно спросила Милена.
Тот выпрямился и свысока посмотрел на неё. Вежливо улыбнулся. Не сделал попытки увеличить дистанцию между собой и Миленой. Видимо, как решил про себя Тимофей, эта близость его нисколько не смущала. Она была ему безразлична. Или?..
– Авелин, – утвердительно прошептала Милена, рассеянно смотря куда-то за спину Радана.
– Тебя это не касается, – ровно и с налётом то ли равнодушия, то ли усталости ответил он.
Милена чуть качнулась.
– Может, ты и прав, – положив ладони ему на грудь, мягко произнесла она, словно усыпляя его бдительность. Встала на носочки.
Радан вопросительно изогнул бровь, с едва различимой скептичной ухмылкой наблюдая за ней.
– А может быть, и нет. Смотря с какой стороны посмотреть, – Милена, скользнув руками по плечам Радана, внезапно обвила его шею. Явно собралась даровать поцелуй, как он, перехватив её запястья, призвал остановиться.
Глаза Радана тут же потемнели, губы сжались в тонкую полоску. Тимофей был готов поклясться, что сейчас тот аккуратно оттолкнёт от себя Милену, но вместо этого он неожиданно зажмурился и схватился за голову. Доля секунды, и Радан упал на пол.
Звякнули ключи.
Тимофей тут же сомкнул веки, боясь увидеть причину случившегося. Его заколотило. Лоб покрылся испариной. Дыхание сбилось. Сердце, точно получив электрический разряд, забилось с удвоенной силой. Перекрестившись, Тимофей неуверенно приоткрыл глаза, но все же не решился посмотреть в сторону друга, который теперь лежал без сознания, загораживаемый большим круглым столом с длинной скатертью.
– Нельзя ли это было сделать иначе? – шурша лепестками и превращая их в мелкие кусочки, запинаясь, спросил Тимофей.
– Нет, – отозвался Ант. – Только так, – беззвучный смешок. – Ударом по рассудку.
– Но ты ведь колдун! – сквозь зубы сказал Тимофей и метнул в него полный гнева взгляд.
– Мы с тобой это совсем недавно обсуждали, – Ант запрокинул голову назад и стал увлечённо разглядывать потолок, будто это был вовсе не он, а ночное небо, украшенное россыпью звёзд. – Да, я колдун. Многое в моей власти, очень многое, но далеко не всё.
– Зачем?..
– Что зачем? – Ант лениво повернул голову и, посмотрев Тимофею прямо в глаза, прищурился.
– Зачем тебе всё это? Зачем помогать Милене? Радану? Огниану?
Криво улыбнувшись, Ант вновь принялся любоваться потолком, тем самым позволяя Тимофею разглядывать его греческий профиль.
– У меня на это имеется несколько причин. Но ответь мне, Тимофей: почему я должен тебе о них рассказывать? Мы всё-таки не на исповеди. Да и не нужна она мне.
– Ты мне ничего не должен, – Тимофей смахнул со лба капли пота. – Но я хочу понять… А ты обещал мне отвечать на все вопросы и…
– Начнём с того, – прерывая его, сказал Ант, явно не желая слушать нудные для себя реплики, – что, как ни крути, у меня перед Раданом должок.
– Но это ведь неосновная причина.
– Бинго! – улыбнувшись, Ант вознёс руки к небесам. – Ты начинаешь мне нравиться, – он подмигнул Тимофею.
– Тебе за это что-то обещали? – тишина. – Что?
– На вашем языке это называется повышением, – неохотно отозвался Ант.
Тимофей с осуждением покачал головой.
– Почему ты так смотришь на меня? – приглушённый, но полный нежности голос Милены заставил Тимофея перевести взгляд на неё и на того, кто стоял рядом с ней.
Дыхание перехватило. С левой стороны груди что-то отчаянно заныло. Глаза увлажнились. Не моргая, Тимофей взирал на высокого мужчину, который, немного склонив голову набок, ласково улыбался, любуясь Миленой.
– До сих пор не верю, – прошептал брат Радана.
– А ты верь, – Милена широко улыбнулась. – Верь, Огниан! – она прильнула к его груди и крепко обняла за талию.
– Ты вернулась, – проведя ладонью по чёрным волосам, он взял её лицо в ладони.
– Благодаря тебе, – она обвила его шею руками. – Если бы не ты, Радан вряд ли…
– Нет, Милена. Ты ошибаешься. Это было его решение, уверенность в правильности которого я лишь слегка укрепил. Но скажи как? Как ты поняла…
– Нет, Огниан, – мягко возразила Милена, приложив палец к его губам и задержав на них взгляд. – Не нужно тебе выставлять Радана в лучшем свете, чем он есть. Мы с тобой оба знаем, что любую промелькнувшую в его голове солнечную мысль Тьма тут же безвозвратно поглотила бы. Уничтожила, если бы не ты… Если бы не ты, я вряд ли бы сумела узреть истину, понять все свои ошибки. Раскаяться. Моё спасение – полностью твоя заслуга. И не спорь, – улыбнувшись, она провела ладонью по щеке внимательно слушающего её Огниана. – Да, у нас было мало времени. Очень мало. Но знаешь, в своём лабиринте зеркал я видела разное. Но когда столкнулась с зеркалами в доме Радана, для меня многое было непонятным, неясным и… странным. Особенно вид твоего брата – то, каким он был, когда я смотрела на него через разделяющую миры стеклянную границу. Вид Радана или… Пусть и неправильное определение, но его отражение порой меня пугало. Вселяло такой ужас, что хотелось бежать без оглядки. Я не понимала того, что происходит, почему оно у него такое. Но всё равно оставалась на месте. Что-то держало… И когда мы с тобой встретились впервые, я думала, ты зло. Враг. Чужой, – спешно проговорив, она жадно вдохнула, словно утопающая, и тихо, на выдохе добавила: – Прости…