– Не надо… Ты не меня… нет… я… – со смесью всхлипов и стонов накатывающего удовольствия Авелин запустила пальцы в волосы Радана, не то пытаясь оттащить его от себя, не то опустить его голову ниже, туда, где он рукой настойчиво гладил промокающую ткань трусиков.
– Ты моя! – его голос заклокотал.
Облизывая и покусывая грудь, плечи, шею растерянной Авелин, Радан расстегнул ремень и пуговицу с молнией на брюках. Нетерпеливо порвал последнюю ткань, отделяющую его от нестерпимо желанного женского естества.
Авелин, дрожа, слабо упёрлась руками в его ключицы.
– Радан, не на… – договорить она не успела. Приподняв ей ноги, он грубо вошёл в неё. Её губы приоткрылись, и в следующую секунду с них слетел не то стон, не то крик.
Схватив опустившую руки ему на торс Авелин за шею, Радан заставил её смотреть прямо ему в глаза. Видеть, до чего она его довела. Как ему она нужна.
– Моя! И только моя, – рык вырвался из глубин души.
Мир взорвался. Всё вокруг перестало существовать, только он и она. Она и он. Рассудок затуманился настолько, что не было ни единой мысли в нём, только вспышки от глубины касания его плотью женского естества любимой. В сердце грохотал вулкан, в венах бурлила лава.
Пылкие, глубокие и быстрые толчки. Хаотичные поцелуи до крови. Стоны. Рычание. Судорога, сводящая низ живота…
Авелин покорно выгнулась, когда Радан ослабил хватку. Обняла его за плечи, целуя каждый участок его кожи, до которого могла дотянуться. Облизывала и сосала ему пальцы, а он брал её и брал, утопая в аромате горького шоколада. Она была напугана, но послушна, а ему было всё мало и мало. Он до боли сжимал её бёдра, подчиняя своему желанию каждый её вдох и выдох. По-хозяйски блуждал ладонями по спине, оставляя засосы на шее и неустанно шепча: «Моя».
Авелин дышала урывками. Её несмелые ласки дурманили, побуждая внутреннего зверя Радана ликовать. Мчаться в пучину сладострастия.
Секунда, вторая, и волна жара накрыла его с головой. Вселенная на бешеной скорости помчалась кругом. Комнату пронзили громкие стоны Авелин, запустившей руки под куртку рычащего Радана и царапающей ногтями его грудь. Яркая вспышка эмоций на миг ослепила. Тяжело дыша, Радан уткнулся носом в шею Авелин. Та несмело начала гладить его по голове.
– Я буду для тебя кем хочешь, – едва слышно прошептала она. – Одарю всем, что желаешь. Лишь не бросай меня.
Радан скрипнул зубами. Злость, страсть с новой силой обрушились на него. Выпрямившись, жёстко посмотрел в глаза Авелин. Она сжалась. Её глаза заблестели нежностью и страхом.
– Всё ещё ненавидишь меня… – процедил Радан и, обхватив Авелин за талию, поставил на ноги. Резко развернул к себе спиной.
– Радан, я…
Он вновь не позволил ей договорить. Раздвинув её ноги, резко проник в неё указательным и средним пальцами. Намотал на ладонь светлые волосы, потянул на себя, заставляя Авелин глубже выгнуться. Начал искать внутри неё что-то маленькое, что-то неведомое и горячее, обжигающе горячее.
– Ненавидишь меня, говоришь, – уголки его губ чуть приподнялись. – А совсем недавно утверждала, что любишь. А теперь не ты со мной, значит. Что же… – он посмотрел на ночное небо, задорно подмигивающее ему огоньками звёзд. Куснул Авелин за плечо. Ускорил движения пальцев внутри неё. – Невелика твоя любовь оказалась. Так кто со мной? Кому ты отдаёшь меня? Кого я беру, а?
Он знал, что слова о неприязни Авелин были сказаны не всерьёз, в пылу нахлынувших чувств, однако не желал просто так это оставлять. По его мнению, она должна была знать, какую черту не стоит переходить.
– Радан…
В стекле окна он увидел отражение лица Авелин, она поджала губы.
– Говори! – приказал он и, вынув из неё пальцы, накрыл ладонью всю влажную плоть между ног любимой. Начал тереть нежно и жёстко, теребить кончиками пальцев клитор, очерчивать вход… – Говори! – потребовал, усиливая ласки.
– Прости меня, пожалуйста. Я не хотела этого говорить. Радан, я… я случайно, не знаю, что на меня нашло. Просто… – она, хватая ртом воздух, жадно задышала. Постанывая, сама ещё чуть шире развела ноги и немного присела. – Мне очень страшно и больно. Это невыносимо... Не знаю, что думать, говорить. Это не оправдание, но… Я запуталась… Не вижу выхода. Прости. Что бы ты ни сделал, я не смогу тебя возненавидеть, ты ведь знаешь это? Знаешь?.. Радан… – она почти стала задыхаться. – Я люблю тебя, – отчаянно сказала она. – Не хочу тебя терять, понимая… Понимая, что уже… уже… – вскрикнула, а Радан, вновь возбудившись, вошёл в неё пульсирующим членом. Её плечи сотрясались. По венам пробежала дрожь.