Я встретился с Деймоном. Он был для меня хорошим другом, но когда дело касалось Руби, я знал, что он будет принимать решения, исходя из того, что она попросит. Но в этом случае он должен был понять, что на кону не только её будущее, но и моё. И я не собирался позволить ей выбрать такой путь, особенно если это означает, что она может выбрать его без меня. Я всегда играл по своим правилам.
— Ты серьёзно? — я не скрывал недовольства, когда он сообщил мне о её предложении. — Ты собираешься помочь ей заключить такой брак? Ты не понимаешь, что это не выход. Это то, чего я не позволю.
Деймон молчал, понимая, что я не шучу. Он видел, как я управляю этой игрой, и знал, что я не потерплю, чтобы кто-то, особенно Руби, выбрал для себя такую дорогу. Не без последствий.
— Римо, ты ведь не хочешь её подставить, верно? — его голос был спокойным, но с ноткой сомнения. Он всегда старался быть честным, и я ценил это. Но сейчас он должен был понять, что я говорю не просто так. — Она в тупике. И, возможно, это её единственный выход.
Я шагнул ближе, чувствуя, как моё терпение исчезает.
— Её выход — это я, Деймон. Она не может играть по чужим правилам, и она не будет выбирать этот путь. Если она думает, что будет оставаться в этом городе с помощью такого договора, она ошибается. Это не тот мир, в котором она может оставаться, пытаясь манипулировать ситуацией. Я не позволю ей сделать это.
Деймон посмотрел на меня, и я видел, как в его глазах промелькнула борьба. Он знал, что я не просто так говорил. Он знал, что я всегда добиваюсь того, что хочу. И Руби, похоже, была готова сделать шаг в эту игру, но это было то, что я не собирался позволить.
— Ты не можешь ей этого запретить, — сказал Деймон, но я знал, что его слова были не так уверены, как раньше. Он всё больше понимал, что моя игра не прощает ошибок.
— Я сделаю всё, чтобы она не пошла этим путём, — произнёс я, не отводя взгляда от его лица. — И ты знаешь, что я могу это сделать.
Я развернулся, оставляя Деймона с его мыслями. Это был мой ход, и я собирался заставить Руби увидеть, что у неё нет выхода, кроме как принять мои условия. В этой игре я был главной фигурой, и никто не сможет отнять у меня контроль. Особенно не она.
глава 17
Ruby
В тот день я почувствовала, как мир под ногтями становится менее стабильным. Я сидела в библиотеке, перечитывая конспекты, когда мне позвонили. Звонили не из университета, не из агентства, а из миграционной службы. Я ожидала этого, но, когда я услышала их голос на другом конце провода, всё равно была потрясена.
— Руби, у вас есть ещё неделя, чтобы завершить все ваши дела с учёбой. Если вы не успеете, вам придётся покинуть страну. Мы не можем продлить вам срок. Это окончательное предупреждение.
Слова их не врезались в меня сразу. Я просто встала, не в силах двигаться. Думала, что это был очередной кошмар, что мне нужно проснуться. Но реальность не ждала. Она ударила меня прямо в лицо. Я не знала, что делать. Я подумала о том, что я должна была уйти из Америки, когда ещё была в состоянии, но теперь? Теперь я была на грани. Не за что, не с пустыми руками. Я не могла вернуться домой — я не могла просто так оставить всё, на что потратила столько времени и усилий.
Мои мысли вернулись к тому, что Деймон предложил мне. Были ли у меня другие варианты? Я не могла отказаться от своей мечты учёбы. И Римо, как бы я ни пыталась от него уйти, был тем, кто мог мне помочь — как бы он ни был частью этой игры, в которой я не хотела участвовать.
Мои пальцы сжали телефон. Я посмотрела на часы, которые неумолимо тикали. Каждая секунда приближала меня к моменту, когда я должна была принять решение. Что делать? Как поступить? И было ли вообще у меня право выбирать, или же уже всё решено?
Я знала одно: если я сейчас не найду решение, я буду стоять перед фактом депортации. И возвращение домой, с разочарованием в глазах родителей, с ощущением, что я не смогла сделать того, о чём мечтала, — это будет куда больнее, чем сам страх перед неизвестностью.
Я поднялась, пытаясь собрать свои мысли. В этот момент я решила, что мне нужно поговорить с Деймоном, понять, какие у меня есть реальные возможности. Но в глубине души я уже чувствовала, что эта неделя — не просто срок для завершения учёбы. Это был срок для принятия решения. И я не была уверена, что буду готова к тому, что оно может обернуться куда более опасным поворотом.