– Верю, – успокоил ее Буканов – Так где же может быть бутылка?
– Не знаю… – растеряно пробормотала Анна Андреевна. – Не знаю я, где Марина ее прятала.
– По-хорошему, надо провести в доме обыск, – задумчиво произнес Буканов.
– А ордер у вас есть? – приободрилась домработница и недобро сощурилась. – Я законы знаю. Не имеете права без ордера. Это произвол!
– Позвоните хозяину, поставьте его в известность. Сами видите, чем дальше, тем больше вопросов, – Буканов нахмурился. Он не ожидал, что домработница начнет чинить препятствия. Вроде не похоже, что она беззаветно предана хозяину. Скорее всего, просто не хочет лишних проблем. – Позвоните, я жду, – повторил он.
– Сами ему звоните, – отрезала Анна Андреевна. – Он разозлится. Еще не хватало, чтобы вы весь дом вверх дном перевернули! А кто убирать будет? Я? А мне за переработку кто заплатит?
– Хорошо, я позвоню ему сам. И завтра приеду с ордером, – кивнул Буканов. Он не слишком верил, что сможет его получить. – А теперь я переговорю с сестрой Марины Даниловны.
– А с ней-то о чем говорить? Ее тогда тут не было, она только на похороны приехала.
– Давайте я буду решать, что надо, а что не надо, – осадил домработницу следователь. – Пригласите ее сюда, пожалуйста.
Домработница нехотя сходила за Ритой.
– Теперь я могу заниматься своими делами? – недовольно посмотрела на Буканова. – Мне платят не за то, что я языком чешу.
– Да, я вас больше не задерживаю, – кивнул он. – Если возникнет необходимость, вас пригласят в участок.
Последняя фраза домработницу не обрадовала. Она метнула очередной сердитый взгляд на следователя, вздохнула и вышла, оставив дверь чуть приоткрытой.
– Маргарита Даниловна, будьте добры, закройте дверь плотнее, – громко произнес Буканов. Если домработница стоит под дверью, то услышит.
Он не ошибся, в коридоре раздались тихие торопливые шаги.
Рита плотно прикрыла дверь и подошла к дивану, на котором сидел следователь.
– Садись, – кивнул ей Буканов на соседнее кресло, в котором совсем недавно сидела Анна Андреевна. – У меня к тебе будет просьба.
– Слушаю. И все сделаю, – Рита напряглась. – Что-то узнали?
– Узнал, что бутылка пропала. Твоя сестра пила коньяк. Бутылки нет. А должна быть. Откуда-то она его наливала.
– Может, Марина ее прятала, чтобы Евгений не увидел? Скорее всего так и было.
– Вот и домработница так сказала. Поискать бы, но ордера у меня нет.
– Думаешь, в бутылке мог быть яд? – посмотрела Рита на следователя.
– Трудно сказать. Если бы Марина хотела отравиться, зачем прятать бутылку? Оставила бы на столике, рядом с конфетами.
– Нет, она не стала бы кончать жизнь самоубийством, – замотала головой Рита. – Это я точно знаю. А если в бутылку что-то добавили, то ее уже скорее всего давно уничтожили. И получается, что отравить Марину могла только домработница. Евгений был на встрече.
– Не факт, что домработница. И не факт, что Марину отравили. Это только наши предположения.
– Я попробую поискать бутылку в комнате Марины и в гостиной. А когда Анна Андреевна уйдет, посмотрю и на кухне. Вдруг ее не выбросили?
– На месте преступника, если только такой был, я бы ее уничтожил.
– Это если в ней есть яд. А если нет? Хорошее доказательство того, что Марина пила и в результате этого у нее случился сердечный приступ, – не отступала Рита. – Ведь содержимое бутылки можно было заменить.
– Ладно, поищи, – особого смысла в этом Буканов не видел. – Ты права. Если яда нет, это докажет только то, что твоя сестра умерла от естественных причин. Сердце отказало из-за ее пристрастия к алкоголю. Если тебе повезет, и найдешь бутылку, не лапай ее, а возьми аккуратно, платком или одень перчатку. Главное не оставить своих отпечатков и не смажь чужие.
– Это я поняла, – энергично кивнула Рита.
– Можешь показать мне комнату сестры? – попросил Буканов.
– Конечно, – Рита открыла дверь в коридор.