- Милый, Кай… – промурлыкала она, откинув голову и касаясь кончиками пальцев моей шеи, - как неожиданно приятно встретить тебя, совсем одного…в темноте…
Отступив на пол шага назад, она принялась невинно накручивать прядь своих огненно- рыжих волос на тонкий пальчик. Её изумрудные глаза были точной копией глаз императора. От этого мне стало не по себе, и я приложил усилие, чтобы не поморщится. Любое проявление чувств могло выдать меня, а как истинная хищница, инквизитор императора отмечала любые мелочи. Кроме того, как и в случае с Его Величеством, за совершенным фасадом внешности Бейниры, скрывалась бездонная чёрная бездна, как адский смерч неумолимо притягивающая, безвозвратно поглощающая и безразлично выплёвывающая ненужное. Она всегда была равнодушна ко всему и всем, кроме собственной персоны, и по неизвестной причине ко мне.
- Кейтаро рассказал мне, что отправляет тебя за девчонкой с Земли. Это наверняка будет жалкое существо – проворковала она, рассматривая свои идеальные длинные ногти – люди такие убогие…
Обнажив в широкой улыбке идеально белые, ровные зубки, Бейнира положила ладони мне на грудь. Её уловки никогда не трогали меня, да и сейчас улыбка напомнила мне скорее оскал хищника.
- Ты прекрасно знаешь, что это не так, и в этом случае ты особенно ошибаешься. – произнёс я ровным тоном и слегка оттолкнул её руки.
- Кто-то сегодня не в духе? У-у как это невежливо, дорогой. Кто знает, может эта девчонка, сможет развеять мою скуку… – насмешливым тоном произнесла Бейнира и потянулась к моему лицу.
Я перехватил её руки и отвёл их в сторону:
- Мне жаль расстраивать тебя, но Кейтаро сам должен исполнить ритуал. А ты, моя милая, будешь всего лишь зрителем в толпе.
Выдернув свои запястья из моих рук, Бейнира отшатнулась и на миг её глаза сверкнули гневом, но через секунду она вновь растянула алые губы в самодовольной ухмылке.
- Посмотрим, милый, посмотрим…
Медленно, по-кошачьи она развернулась и сделав шаг в сторону, обняла мраморную колонну. Но потом, неожиданно вновь подошла ко мне. Зажав в кулаке прядь моих волос, Бейнира дёрнула мою голову вниз, а затем, запечатлев на моих губах колючий поцелуй, молча растворилась в темноте. Я вытер рот ладонью, и помотав головой произнёс себе под нос:
- Это сведёт меня с ума.
Распахнув дверь чёрного хода, я вышел в сад. Мне был необходим отдых и уединение. Чувства и воспоминания утомляли, а голова гудела, словно улей диких пчёл. Привычным движением достав зеркало, я позволил ему соскользнуть на землю. Одно мгновение в портале, и я уже стоял посреди своей комнаты, так удачно занимавшей, весь последний этаж здания Ордена. Здесь никогда не было непрошеных гостей. Сбросив плащ на пол, я присел на край огромной кровати, и скинув сапоги, откинулся на шёлковые простыни.Я не заметил, как погрузился в сон. Нежная мелодия просочилась в мои мысли из окружающей тишины и полностью заполнила сознание. Чистый и прекрасный голос напевал колыбельную, но как я ни вслушивался, как ни старался, никак не мог разобрать слов. Голос успокаивал и убаюкивал. Внезапно, я оказался в незнакомом месте. В полном недоумении я стоял посреди комнаты, наполненной мягким солнечным светом, стены которой были окрашены в мой любимый глубокий синий цвет. Антикварная мебель была повсюду заставлена всевозможными игрушками. Это определённо была детская. В самом углу, на стеклянном столике рядом с кроватью, стояла открытая музыкальная шкатулка, и играла ту самую мелодию. Внутри, располагалась миниатюрная карусель, а белоснежные лошади бежали по кругу под ярким цветным куполом. У меня защемило в груди. Отрывки замелькали в голове, белые лошади всё неслись по кругу, закручивая множество картинок в цветной водоворот и не давая мне шанса ухватиться за ускользающие образы. Иногда, в углу комнаты, я видел очертание женщины, но не мог разглядеть ее лицо. Была ли это моя мать? Я этого не знал, как и не знал абсолютно ничего о своём прошлом.
- Ты должен вспомнить, должен вспомнить…нужно вспомнить! – повторял я снова и снова, будто заклинание.
Внезапно, резкий запах гари ударил в нос, вырывая меня из сна. Вздохнув, я приоткрыл глаза. Я ничуть не удивился, увидев парящего прямо надо мной фантома. Обугленные, серо-чёрные клубящиеся обрывки его одежд, почти касались меня, а красные глаза, лишённые век сверлили меня из-под темноты капюшона. Зрелище вызвало у меня приступ тошноты, но я, с абсолютно непроницаемым выражением лица, с силой оттолкнул его. Фантом пролетел через всю комнату, и бесшумно ударился о стену, шипя и разбрасывая куски смердящей материи. Все фантомы мало отличались друг от друга – бесполезные унылые сгустки тоски и нереализованных надежд, я не утруждал себя запоминанием их имён. Но этот был другим. Кейтаро собственноручно выбрал его для грязной работы, сущность не удержалась в нём не случайно, у него и при жизни не было души. Будучи когда-то знатным альмерийцем, в надежде на милость императора, он добровольно отдал на растерзание свою жену и двоих детей. Вот только он не учёл того, что Кейтаро никогда не был милосерден. Он глубоко презирал трусов, лишь сила вызывала его уважение.