– Вполне разумно. Хоть какое-то физическое доказательство. А приедут, рисунки эти со схемами покажем. Должен поверить – поддержал товарища Семенов и вопросительно посмотрел на Федорова с Акопяном.
Те тоже были не против, вроде все вполне логично. Таким образом, план введения Романа в суть дела был составлен. С одной стороны, конечно, рано, с другой – он ведь не дурак и видит, что они ему не доверяют. А по тому как странно себя ведут, действительно, черти что может подумать. А если черти что думаешь, то черти что и сделать можешь.
После совещания Кимов подошел к Семенову и тихо спросил.
– А чего это Сергей так на Арсеныча окрысился?
– Бунт на корабле – усмехнулся в ответ Юра.
– Ха. Это Арсеныч бунтовщик? Надеюсь, он был схвачен и отхерачен?
– Естественно. Но я думал Сергей отходчивее, забудет.
– Федоров мягко стелет, да жестко спать, поверь мне – мрачно сказал Игорь, всем своим видом давая понять, что Сережа очень не простой и опасный человек, даже для него, фронтового армейского разведчика. – Не хочу у него спрашивать, как ты думаешь, нашим родным там, действительно, помогли, или так, пустые обещания были?
Юра удивленно посмотрел на Игоря. Вот уж от кого он меньше всего ожидал заботы о семье. Ладно бы Акопян. Хотя нет, Арсеныч и под пыткой не вспомнит, чтобы маменькиным сынком не выглядеть.
– У тебя там кто?
– Мать, сестра с ребенком. Так я им деньги переводил, вот сейчас думаю.
У самого Семенова из родных остался только дядя. И тот военный, сам о себе позаботиться сможет. Посему такие вопросы его, вообще, не волновали. А так, если подумать…
– Даже не сомневайся. Представь, ты здесь, в будущем, узнаешь, что твои родные нуждались всю свою жизнь, еле концы с концами сводили. Представляешь, что ты там всем этим Бериям с Абакумовыми можешь устроить?
– Что могу? – не понял Кимов.
– Вот и они это не знают – засмеялся Юрка. – Так что всех родных обеспечили на всякий случай. И пенсии, и жилье, и пайки. Тут и сомневаться нечего. С будущим не шутят.
Кимов еле качнул головой. Действительно так. Кто его знает что с этим временем, лучше не рисковать, тем более, что расходы-то минимальные. Что там двенадцать семей. Только не двенадцать, а четыре. То, что произошло с теми членами команды которые сюда не попали, он думать не хотел. И так понятно. Слишком много знали. Ну это при условии, если они, вообще, к каким-нибудь динозаврам не перенеслись. Федоров ведь говорил, что время может в разные стороны идти. Хотя, ему верить…
Едва они успели договорить, как в комнату вернулся Сергей.
– Так, всем строиться, Арсеныч, иди сюда – группа, поддерживая шутку, выстроилась в шеренгу.
– Арсен тут верную мысль высказал, нам надо быть предельно осторожными, а то мы реально расслабились. Поэтому сейчас весь выход в город только на Юре. Остальные сидят здесь. Документы для нас будут делать по всем правилам. Мы из Таджикистана. Я его специально выбрал – там сейчас война, кто не знает.
– Вроде только что мир заключили – не к месту подправил командира неугомонный Арсен. Постоянное сидение у телевизора дало свое результаты, получалось, он был более всех в курсе текущих политических событий, даже Сергея, которого новости из СНГ, к удивлению Акопяна, практически не интересовали.
– Потом расскажешь – абсолютно беззлобно перебил его Федоров. Он отлично понимал, что Арсен и не думает усугубить их конфликт. Парень не то, чтобы глуповат, но не очень понимает что, когда, где и кому можно и нужно говорить. Постоянно чувствуется его небольшой опыт пребывания в коллективах вообще, не говоря про военные с их строгой субординацией.
– Итак, продолжаю. Поэтому, Юр, тебе надо купить какую-нибудь книгу по Душанбе, мы все оттуда, карту туристическую, вообще, по теме, чтобы хоть что-то сказать могли. Ну и идешь потом в парикмахерскую, стрижешься наголо и едешь в этот ФМС. Там спрашиваешь, есть ли кто из Таджикистана и узнаешь что там. Твоя легенда – сестра замужем за таджиком, связи потеряны и все такое. Людей кормишь, поишь, слушаешь. Деньги на все возьмешь у Арсена.
Юрий почесал шевелюру, расставаться с волосами не хотелось.
– А наголо зачем?
– Сам подумай. С чего тебя только сейчас все это заинтересовало? Почему раньше узнать не мог, что там происходит? Столько лет с начала событий прошло.
– В тюрьме сидел – подхватил мысль Федорова Арсен. Он был счастлив. Прямо сейчас, перед всеми, Сергей признал его правоту и, похоже, простил его. Даже не обратил внимания на очередной косяк с этим перемирием. Все-таки, реально, он неисправим, и кто его вечно за язык тянет. – Надо будет обязательно подойти и сказать, что был неправ и подобного больше никогда не повторится. Что понимаю, что мы единая боевая группа, а он ее командир – думал про себя Акопян, подыскивая нужные слова для будущего разговора.