Заметив подбегающего к нему телефониста, Федоров уже приготовился дать команду опрокинуть бетонные панели в провал, но приказ оказался другим – срочно явиться на совещание.
А это значит, что что-то будет зависеть и от него. Забрезжила надежда спасти этот феномен для дальнейшего изучения. А там, чем черт не шутит, может и на машину времени выйдут. Сергей очень любил этот роман Уэллса.
Глава 10
Совещались вдвоем, сам Сергей и Лаврентий Павлович. Больше никого не было.
Берия не стал интересоваться подробностями и, вообще, что произошло за последнюю пару дней. Он в лоб спросил Федорова, что тот думает насчет аномалии.
– Если честно, я не верю, что это природное явление.
Услышав это, Берия снял пенсне и всем телом наклонился к Сергею, давая понять, что ответ не на шутку его заинтересовал.
– Страшно подумать какими должны быть выбросы энергии, излучения, перегрузки. Я бы понял, если бы зафиксировали частицу, даже макрообъект. Но чтобы туда попало живое и после этого осталось живым – несерьезно. С пяти метров разобьемся, пять минут без кислорода и все, а тут….
Расчувствовавшись, Федоров даже ударил себя по колену, как бы досадуя за хрупкость всего живого в этом мире. Берия молча кивал головой, давая понять, что ему все понятно, и пусть Сергей продолжает.
– Например, как проходит пространственное замещение? Кровеносная система сразу откажет.
Про кровеносную систему Лаврентий Павлович не понял и попросил объяснить поподробнее.
– Вот у нас воздух кругом. Вдруг, минуя время, в этом же пространстве оказывается Куско. Куда девается воздух с того места, где оказался он?
Вопрос показался Берии простым.
– Вытиснется – для доходчивости Лаврентий Павлович даже помахал рукой, показывая, как гоняет и вытесняет ей воздух.
– А если он в кирпичной стене бы материализовался? Поймите в одно и тоже время в одном и том же месте оказываются атомы воздуха и атомы организма Куско. У него кровь, мясо, кожа, все наполовину воздухом разбавится, сердце тут же остановится из-за воздушных пузырей. Я уж не говорю про внутриатомные реакции, где атомы один в другом окажутся – там могут быть такие процессы, что ядерный взрыв простой шутихой покажется. И это самый простой вопрос, на самом виду – одновременно два объекта в одной пространственной точке – потом Сергей немного подумал и продолжил. – Черт с ним, пусть, действительно просто вытисняется, не занимая одну точку, но вы же видели, как камень постепенно исчезал в полете. Я понял бы, если бы сразу коснувшись исчез, или, наоборот, когда весь пролетел, исчез бы целиком. А так понятно, что материализуется в другом времени последовательно и постепенно. Получается, что половина тела этого Куско была сколько-то секунд в одном времени, половина в другом – так кровь просто вытечь должна из обеих половинок, даже, если, как вы говорите – "вытиснится".
Объяснение было достаточно подробным, что Лаврентий Павлович сразу понял проблему, так же он понял, что с вопросами по науке пора заканчивать – бессмысленное убийство времени. Все равно не быть ему ученым, надо обсуждать более насущные вопросы, касающиеся его компетенции.
– Ты думаешь, что это из будущего кто-то специально открыл проход?
На это Сергей только пожал плечами.
– Тогда чего этого идиота сюда запустили? Никаких документов не передали? Да и что они могут, у них карточки на продукты? Нет – Берия отказывался признавать, что это специально кем-то запущенный искусственный процесс и все более и более распалялся.
Пытаясь его успокоить, Федоров предположил.
– Не факт, что они. Может, из более далекого будущего эксперимент был, может, вообще, не люди.
– А чего тогда не исправили?
Сергей уже пожалел, что решил рассказать Берии то, что реально думает по теме, поэтому о дальнейших косвенных доказательствах типа отсутствия чего-либо с той стороны, песка там или насекомых, решил промолчать. Не нравится начальнику такой ответ – значит, не будет такого ответа. Жизнь его давно научила, что так проще, делай свое дело и молчи, в крайнем случае, поддакивай начальству, главное – делай то, что считаешь правильным, хотя бы и тайно безо всякой рекламы.