Немного отойдя от возбуждения, Берия рассказал об идее Сталина отправить туда экспедицию. Федоров сразу прикусил язык. Это ж надо быть таким идиотом, сейчас своими руками ухлопал возможность серьезного научного исследования аномалии. Пытаясь как-то спасти ситуацию, Сергей стал мямлить.
– Это только теория. К сожалению, вы не позволили проводить серьезных исследований. Так сказать игры разума.
Лаврентий Павлович был слишком прожженным специалистом по душам человеческим, чтобы не понять реакцию Федорова.
– Только не говори, что сам об этом не думал. Выкладывай сценарии. Не бойся, экспедиции всяко быть, лично Сталин утвердил.
– Да здравствует товарищ Сталин – сказав это, Сергей сразу осекся, получилось слишком двусмысленно. Впрочем, Берия не обиделся, а лишь усмехнулся.
– Ты уж продолжи, позор товарищу Берии.
– Продолжу, но это, по сути, импровизация. Думал много, но несерьезно. Первое и весьма вероятное – мы все погибнем прямо там, при входе. Почему – объяснил. Не исключено, что Куско выжил из-за совпадения миллионов случайностей. Выиграл в лотерею.
– Ненадолго выиграл – продолжил мысль Берия. – Мы, это в смысле ты тоже собираешься отправиться туда? – В том, что Сергей сам захочет быть добровольцем, Лаврентий Павлович нисколько не сомневался. Только надо ли это самому Берии?
– Несомненно. Произошедшее с Куско показало, что возвращение маловероятно. Значит там нужен человек способный на месте решать чисто научные проблемы, например, как связываться в подобных условиях. Кроме меня ведь больше некому, ну на сегодняшний день.
Тут Федоров вспомнил о Павле. В первый день он хотел вытребовать своего бывшего ассистента и лаборанта к себе в помощники, но потом работы остановились, и набор сотрудников стал неактуален. А сейчас Федоров задумался. У Павла семья, так что лучше ему оставаться там, в Сарове, тем более, голова у него светлая и его, несомненно, ждет большое будущее в науке. В общем, нечего ему вместе с ним в экспедиции делать.
– А на завтрашний? – видя, что Федоров ни с того, ни с сего ушел в себя, сухо поинтересовался Берия. Вопреки желанию Сергея, ему хотелось, чтобы Федоров оставался при нем и координировал работу здесь, Лаврентий Павлович очень ценил толковых и надежных людей. Тем более, ему казалось, что есть смысл, чтобы один серьезный ученый был с одной стороны, а другой с другой.
– Завтрашнего, вероятно, не будет. Зона постоянно уменьшается. Хоть мы и построили этот саркофаг, ну месяц, может два от силы. А если отправлять туда экспедицию, то у нас на подготовку всего неделя-две. Не больше.
Берия задумался. Получалось, отправить группу и с концами.
– Ты хочешь сказать, что мы отправим команду, проход закроется и все?
Федоров даже поперхнулся, не хватало только еще раз угробить судьбу экспедиции. Снова пришлось выкручиваться.
– Не уверен. Когда мы только начинали исследования до того дождя, то офицеры снимали данные о границах. Они не только уменьшались. Была пульсация. Я вам показывал тогда на графиках.
Федоров откровенно врал. Никакой пульсации не было. Мало того, тогда, на первом докладе, он лично говорил Берии, что процесс проходит “почти линейно”. Оставалось надеяться, что Лаврентий Павлович это забыл или не понял значение “линейно”, хотя, небольшая отговорка “почти” в том разговоре все-таки присутствовала.
– Ты хочешь сказать, что когда от нас что-то попадает, то увеличивается у них, а когда у них, то у нас? – Берии тоже хотелось верить в лучшее. Федоров облегченно вздохнул – обошлось.
– На это не очень похоже, хотя? – Сергей точно знал, что аномалия работает как-то по-другому. Неизвестно как, но точно не так. Подобная корреляция однозначно не вписывалась в данные, полученные в первый день. Но говорить этого Берии не хотелось. Пока это все гипотезы. Кто знает, может лишними словами можно и Сталина спугнуть.
Врать, конечно, тоже больше не стоит, вечно везти не будет. Лаврентий Павлович кто угодно, только не дурак и поймает на противоречивых вопросах. Но можно рассказывать правду только о хорошем. Такую, например.
– Может, и не умрем. Десантируемся в 1991 год. Возьмем оттуда научную литературу, приборы, выкрадем специалистов и перекинем сюда. Мы сами вернуться не сможем, но перебросить людей оттуда вполне. Куско-то смог к нам попасть, значит, шанс выиграть в лотерею есть и у нас.
– Я об этом с самого начала думал, но как перебросить, ты же говорил, что природа или что там не пустит? – Берия выжидательно посмотрел на Сергея, ему очень хотелось, чтобы тот что-то придумал.