Глава 16
Когда, наконец, количество собравшихся достигло оговоренных одиннадцати человек, на авансцену вышел Берия. Приглашенные сразу узнали Лаврентия Павловича, а деятельный Кимов, согласно устава, дал команду.
– Товарищи офицеры – постойку смирно приняли и гражданские.
Доброжелательно улыбаясь, Берия несколько раз взмахнул рукой, давая понять, что можно садиться.
Выйдя перед слушателями, Лаврентий Павлович понял, что не хватает трибуны. Со стороны он выглядел не как выступающий по серьезной теме, а как конферансье на каком-нибудь провалившемся концерте, зрителей и дюжины не набралось. Два офицера, заметив несоответствие обстановки и некоторую растерянность на его лице, бросились к входу в зал и притащили оттуда какой-то стол.
Поблагодарив товарищей за находчивость, Берия упер кулаки в поцарапанную, видавшую виды крышку стола и начал свою речь.
– Я думаю, все вы читали роман прогрессивного английского писателя Герберта Уэллса “Машина времени”. Там человек мог попадать в будущее и возвращаться обратно, в свое время. В книге для этого он придумал специальную машину – тут Берия посмотрел на реакцию зала, достаточно ли такого вступления, и можно ли переходить к главному. Люди внимательно его слушали, но явно не понимали причем здесь Уэллс. – Можно хоть час подготавливать, намеки здесь не помогут – решил Лаврентий Павлович и перешел к сути.
– Так вот. У нас есть такая машина времени – на секунду Берия задумался, подготавливаясь к выступлению, он решил не признаваться, что точно неизвестно природный ли это феномен или искусственный, сотворенный кем-то. А может есть смысл сказать? Нет. Все-таки лучше промолчать, тогда в будущем останется пространство для маневра. Еще неясно как лучше представить аномалию.
Гробовая тишина, воцарившаяся в зале, заложила Берии уши. Шумно втянув через ноздри воздух, он продолжил.
– Многие из вас сейчас подумали – здорово, но причем тут мы? Это дело ученых и испытателей. А мы военные, дипломаты, экономисты – здесь Берия развел руками и оглядел зал.
Все одиннадцать, не моргая, смотрели на него, боясь пропустить и слово. Изменив тон с агрессивного на задумчиво минорный, он продолжил.
– Знаете, в древности гонцам принесшим плохие известия отрубали голову. Так вот, я такой гонец – сказав это, Лаврентий Павлович наклонил голову, будто подставлял шею под удар. Впервые за все это время в зале послышался неясный шум, кто-то переставил ноги, кто-то вытер вспотевший лоб или облизал губы. Не ожидали.
– Мы получили данные из 1991 года. Наша Родина – Союз Советских Социалистических Республик стоит на краю гибели. К власти там пришли троцкисты-ревизионисты, которые своим бездарным, оторванным от марксистской науки управлением, практически уничтожили советскую экономику – тут Берия достал из кармана визитную карточку покупателя с блоком талонов. Потрясая этими бумажками перед слушателями, Лаврентий Павлович продолжил:
– Мы, уже через два года после войны отменили карточки на продукты. А у них, в 1991 году они появились снова. И что мы должны делать? – Берия как бы обратился с вопросом к залу – Просто изучать это научное явление?
Сам спросил, сам и ответил:
– Нет. Мы должны сделать все, чтобы исправить положение в будущем. Спасти наших внуков и правнуков от грядущей катастрофы. Поэтому мы отправляем туда не исследовательскую группу ученых, а боевой отряд коммунаров. То есть вас – надежных и преданных делу Партии людей. Не сомневайтесь, это мы проверили.
Горло Лаврентия Павловича пересохло, зверски захотелось пить. Ни стакана, ни графина. Подготовились к собранию, одним словом. Одна секретность на уме. В принципе, можно выйти в туалет и попить там. Но с другой стороны, вдруг подумают, что он чуть не обделался от важности момента? Такой уход в сортир будет выглядеть даже не двусмысленно, а просто унизительно, что никак не подходило к моменту. Но пить хотелось зверски.
– Принесите попить, кто-нибудь, даже не знаю в чем – тут Берия, тяжело дыша, улыбнулся и прокашлялся, демонстрируя, насколько у него сухо в горле. Военный, ближе всех сидящий к маршалу, бегом бросился вон из зала.
Вынужденный перерыв оказался как нельзя кстати. Окружающим было просто необходимо привести мозги в порядок. При этом никто даже не пытался поговорить с соседом, каждый “переваривал” услышанное в себе.
Через минуту прибежал офицер с водой. В руках у него был трофейный складной стаканчик. Грамм на сто пятьдесят наверно. Немного, но и то хлеб.
Смочив горло, Берия решил перейти к сути операции.