Наконец, бессмысленное сидение сменилось отбоем. Ночью Семенова разбудил какой-то шум. В темноте он увидел человека, который, чтобы не разбудить остальных, застилал себе койку в самом дальнем углу казармы. Это было интересно. Не поленившись встать, Юрий подошел к новичку. Вспомнив, как тогда, в филиале “библиотеки”, Кимов лихо познакомился со Степанцовым, решил повторить тот Игорюхин маневр.
– Юрий Семенов, подполковник, морская авиация – представившись, он протянул руку. Новичок незамедлительно ответил на приветствие.
– Сергей Федоров. Здесь по науке, а так старший лейтенант артиллерии.
Услышав “Сергей Федоров”, Юрий сначала не поверил, что этот молодой крепкий парень и есть рекомендованный самим Берией “крупнейший специалист по вопросам перемещения во времени”, но рискнул переспросить.
– Академик Федоров?
– Доктор кукольных наук – со смехом отрекомендовался Сергей фразой из многократно просмотренного им на фронте фильма “Золотой ключик”. Потом добавил. – Вероятнее всего Берия имел в виду именно меня. Но я не академик.
Общение с подполковником было продуктивным. Федоров из первых рук узнал чему их учат и как их учат. Получалось, что если и остальные военные такие же, то он зря расстраивался. Очень толковый мужик.
Юрий тоже утолил свое любопытство. “Доктор кукольных наук” рассказал о возможных с его точки зрения сценариях экспедиции. Все оказывалось не так благостно как представлялось Семенову после речей Берии и Абакумова. Федоров объяснил ему проблемы, которые вполне могли возникнуть при передаче книг и людей из будущего, да и с явлением в девяностые Сталина-спасителя тоже хватало сложностей. Со слов “академика” получалось, что ответы на вопросы даст только сама экспедиция, а пока все вилами на воде писано, одна теория. Рассказывая о возможных проблемах, Сергей, тем не менее, не называл виновников большей части из них. Не хватало только, чтобы личный состав полностью разочаровался в своем начальстве, а с этим и во всей миссии в целом.
А вот про физику самого временного провала “академик” почему-то ничего толком не сказал, что несколько озадачило Юрия. В “вилы на воде” он не очень поверил. У него создалось впечатление, что Федоров что-то скрывает, что наводило на некоторые размышления. Получалось, что несмотря ни на что, им не особо доверяют. По личному опыту полетов на родном торпедоносце Семенов хорошо знал, что секреты внутри группы, да еще такой маленькой, не есть хорошо, поскольку это неизбежно приводит к конфликтам и к фрагментации и так небольшого сообщества на две, а то и более микрофракции.
В общем, разговор закончился только утром. Просыпающимся товарищам Семенов представил Сергея как того самого академика Федорова, чем вызвал всеобщий ажиотаж и отмену зарядки личным распоряжением Сергея.
Когда испуганный инструктор вбежал в спальное помещение, узнать что случилось, почему никто не выходит на пробежку, Федоров спокойно сказал ему, что на сегодня зарядка отменяется. Вместо нее проходит лекция. Посему инструктор обязан не только выйти, но и согласно личному распоряжению генерал-полковника Абакумова, с которым он должен был быть ознакомлен, обеспечить полную ее секретность, в том числе и от самого себя.
Вот так, сидя на койке, посреди собравшихся вокруг него одиннадцати человек Сергей практически слово в слово повторил все то, что ночью рассказал Юрию.
Прибытие Федорова полностью изменило график занятий группы. Обладая властью корректировать учебный процесс, он практически на нет свел физическую подготовку, оставив обязательной только получасовую зарядку перед завтраком прямо в городке, без пятикилометрового кросса к полигону и без занятий на тренажерах. Еще не хватало, чтобы кто-нибудь себе что-нибудь сломал.
В принципе, занятия по рукопашному бою и стрельбе Сергей тоже считал лишними. Но еще оставшийся даже после войны мальчишеский милитаризм поборол логику. Рукопашку, а так же стрельбу, оставили в полном объеме.
Гораздо важнее с его точки зрения было психологически подготовить людей, показать им последние достижения техники, чтобы оказавшись там, при первом же знакомстве с новым окружающим миром, они не получили культурный шок и не рассекретили бы себя.
Ничего кроме ежедневного просмотра киноматериалов о жизни в США в голову не приходило. Сергей считал, что, в каком-то приближении, подобная жизнь будет в будущем и в СССР. С его точки зрения, что бы там всевозможные пропагандисты не говорили, но развитие стран нашего Мира идет по однонаправленному вектору с разной степенью отставания. И США, на тот момент, явно шли в авангарде человеческой цивилизации.