– Не пойми меня неправильно, я не наушник. Но с Акопяном надо что-то делать. Его нельзя брать с собой. Я тебе это говорил тогда, говорю и сейчас – сказав это, Кимов без приглашения уселся на стол рядом с Федоровым. Не дождавшись ответа Сергея, продолжил:
– Он нам всю разведку загубит. Дело не в том, что хилый – вытянем, проблема, что неуравновешен. Лично видел, как из-за одного урода целая группа погибла. Правда, немцев. Просто вскочил, когда мы мимо проходили. Нервы не выдержали. Ну и восемь их трупов.
Федоров сделал вид, что задумался. На самом деле, для него один Акопян стоил десятка таких Кимовых. Эти вояки никак не могут понять, что не линию фронта переходят. Арсеныч конечно не подарок и характер не ахти, но под танк с ним ползти не потребуется.
– Поздно. Заменить нет возможности – сразу сухо отрезал Сергей, но с другой стороны, он отлично понимал, что открыто игнорировать так непросто давшееся Кимову признание ему тоже не стоило. Им еще вместе идти в разведку и неизвестно, на какой срок их пути тесно переплетутся. А Игорь человек сильный, умный, хитрый и жестокий, других в армейскую разведку не берут. А с учетом, что попал в их группу, то просто выдающийся представитель своей военной специальности. Так что было бы нелишним как-то оправдаться. Портить отношения из-за такой мелочи ни к чему. Поэтому Сергей решил все свалить на Лаврентия Павловича, как до этого Лаврентий Павлович все сваливал на Иосифа Виссарионовича, но уже в беседах с самим Федоровым.
– Кандидатура одобрена лично Берией. Я тут бессилен. А ты приглядывай за ним, в случае опасности сам знаешь что делать. Ставки слишком высоки – высказывая мнимое согласие, Сергей надеялся побыстрее отделаться от надоедливого и неинтересного ему собеседника. Ладно хоть ему “стучит”, а не Берии или Абакумову.
Кимов сделал вид что улыбнулся. На самом деле ему самому было отвратительно за глаза давать характеристику Акопяну. Но это не школа, и они не школьники. Все слишком серьезно, жизнь и смерть в полушаге друг от друга, но даже это не главное, на кону стоит судьба их Родины. К сожалению, Федоров, похоже, и сам не понимает, что такое глубокая разведка в тылу врага. На Берию пытается что-то свалить. Так Кимов в это и поверит. Артиллерист, что с него возьмешь, привык издали пулять, лоб в лоб с врагом не сталкивался, даже не представляет что это такое.
– Конечно. Всегда буду рядом. Кстати, знаешь, это как раз Акопян первым сказал “ставки слишком высоки” – высказав по поводу Арсена все что думает, Игорь слез со стола и с чувством выполненного долга отправился к себе – он сделал все что мог и его совесть была чиста. А то, что академик пропустил это мимо ушей, уже не его вина. В общем, ничего удивительного. Разведчик давно привык к тупости командования, что совсем не мешало ему беспрекословно выполнять его приказы.
Выпроводив Кимова, Федоров опять лег, немного поворочавшись, ему все-таки удалось заснуть. И, о чудо, в приснившемся сне он понял, что спит. Решив исполнить свою давнюю мечту, благо снился ему какой-то город, Сергей начал высматривать самое высокое здание, чтобы залезть на него и прыгнуть. Наконец, выбрав самое достойное, он решил пойти к нему, но неожиданно понял, что если сделает хоть один шаг, то проснется. Нет, это не был какой-то предупреждающий глас свыше, просто он сам это точно знал. Или стой на месте или просыпайся. Третьего не дано. Просыпаться не хотелось, немного постояв в нерешительности, Федоров провалился в темноту сна уже без сновидения.
Проснулся Сергей только с общим подъемом. И хотя по жизни он не был хоть сколько-нибудь суеверным, то есть не плевался при виде черных кошек и не смотрелся в зеркало в случае прочих неприятных примет, но конкретно этот сон Федоров воспринял как знак. Знак того, что Сталин все-таки прав. Хоть в лепешку разбейся, а природа тебя переиграет. Даже если что-то и удастся передать из будущего, то это все равно ничем не поможет их потомкам в 1991 году, не спасет ни от талонов, ни от карточек покупателей. История уже написана и зацементирована на своих скрижалях. Хотя, эксперимент, конечно, интересный, Сергею было даже не представить, как физические законы реального мира переиграют их на этот раз. Если уж простой сон так его обставил, то чего ждать здесь.
Глава 25
Ракета фейерверка попала оборотню прямо в глаз. Раненое чудовище остановилось и попыталось ее вытащить. Это дало мальчишке время, наконец, завести свою инвалидную коляску и умчаться прочь, монстр бросился за ним в погоню.