Да и место это тоже странное. Сергей обернулся на незавершенную стройку. Где-то там в здании шныряли Арсен с Юркой. Все эти их поиски с фонариками напоминали кладоискательство. Желая хоть как-то улучшить настроение, Федоров забурчал себе под нос переложенную под их обстоятельства песню:
Однако, настроение это не улучшило, а, наоборот, встревожило. Действительно, четыре человека и клад. Даже если для них ничего не подготовили в прошлом, здесь, только с собой, имеется четыре килограмма золотого лома и уйма драгоценных камней.
Удивительно, но в это же самое время Кимов тоже напевал песенку из той же книги, точнее кинофильма – “Остров сокровищ”. Первый раз он посмотрел его еще в 1938 году, а потом еще раз десять. В фильме нравилось все, особенно песни. Ему было даже не выбрать любимую, то ли брутальную песню пиратов – “берег принимай обломки, мертвых похоронит враг…”, то ли лирическую песню Дженни с куплетом по жестокости превосходящим всю песню пиратов – “там где кони по трупам шагают, где всю землю окрасила кровь…”. В конце концов, тогда, в юности, даже скорее в детстве, победила Дженни, хотя чисто внешне, она, точнее актриса ее сыгравшая, ему совсем не понравилась. Вот и сейчас, идя по асфальтовой дорожке, он мурлыкал ее песню себе под нос.
А то, как кони шагают по трупам, и всю землю окрасила кровь, ему удалось своими глазами увидеть в 1944 году, уже после снятия блокады Ленинграда. Несмотря на весеннюю распутицу, фронт перешел в наступление. Авиация тогда очень удачно отбомбилась по отступающим частям фрицев. Те даже не успели разбежаться. Комиссар потом говорил, что на вооружение поступили новые авиационные прицелы, и наши самолеты теперь бомбят фашистов с высочайшей точностью с недосягаемой для их ПВО высоты. Вот и этот злополучный полк на марше не ожидал точного удара из поднебесья.
Наступала и их часть. На месте той бойни они оказались дня через три. Разбитые машины и трупы, трупы, трупы. Весна, оттепель, распутица, тела начали разлагаться. Тогда начальник санчасти приказал вскрыть бочку с питьевым спиртом из НЗ, пропитать им марлю и выдать бойцам, чтобы этот намордник каждый надел на себя. Так, по кишкам и крови этот километр с гаком и прошагали. Если к зрелищу изувеченных человеческих останков все давно привыкли, то от запаха, несмотря на спиртовую повязку, некоторых начало рвать. Этакое амбре из сгоревшего и гниющего мяса, густо разбавленного разлагающимся дерьмом.
Здесь же, в Москве 1991 года все выглядело вполне цивильно. Он черт те где на окраине города и на те – асфальт. Не может не радовать. Впереди показались коробки домов. Сейчас он увидит первых людей и, что важнее, они его. Главный вопрос, как они воспримут его одежду, не окажется ли он слишком приметен?
Согласно первоначальному плану, Игорь вместе с напарником должны были подстеречь одинокого прохожего, желательно подвыпившего и обчистить его карманы. Так они получили бы на первое время хоть какие-нибудь деньги. Все это должно было быть исполнено без явной уголовщины, чтобы милиция слишком рьяно не искала злоумышленников.
Но напарника не было, как не было видно и одинокого прохожего. Игорь поравнялся с коробками домов. Это не Нью-Йорк, небоскребы которого им специально показывали в кинофильмах. Неказистые грубоватые пятиэтажки построенные из блоков. Хорошо хоть асфальт везде. У подъездов стоят непривычного вида автомобили. Машин много, но в основном какие-то неухоженные, с ржавчиной, хотя попадаются и красивые, вот только со знакомыми по фронту эмблемами Мерседеса и БМВ на капотах, что не может не бесить. Спрашивается, кто победил? Вообще, по сравнению с той Америкой из кино, совсем небогато. Культурным шоком, о котором так беспокоилось начальство во главе с Сергеем и не пахло.
Наконец, в метрах пятидесяти из подъезда вышла молодая женщина с коляской. Кимов поспешил к ней. Испугается его или нет в этой одежде?
Нет, не испугалась. На вопрос где ближайшее метро, просто показала направление, предупредив, что идти придется далеко, километра три.
Поблагодарив за помощь, Кимов весело пошел вперед. Одежда значит нормальная, он не выделяется, а это уже полдела.
В это же время Арсен с Юрием очень осторожно осматривали подвал. Все это было бы весьма интересно, не будь так опасно. Сначала они хотели поделить объект на зоны ответственности, где каждый проверял бы свою, но потом решили, что четыре глаза лучше двух и безопаснее отслеживать слабенькие фонарные лучики вместе.