– Это радует, что у вас всё хорошо складывается... А, когда ты о нас с другом подумаешь? – с издевательским выражением лица спросил он приподняв одеяло, – а, то Геннадий уже забыл, когда последний раз... Между прочим супружеский долг никто не отменял...
– Костя?! – смеясь возмутилась Валя, – ты, и твой друг должен быть стойкими, и выносливыми. Женщина сама знает, когда подпустить к себе мужчину.
– Ни как царица Клеопатра у меня в постели? – усмехнулся он.
– Тебе не слыханно повезло, что я не царица Клеопатра...
– Это почему же? Что я не достоин царицы ?
– Может и достоин, но если бы ты не прогуливал уроки истории, то знал бы, что она убивала своих любовников.
– Ничего себе! И за что?
– Все кто прикасался к особе царской крови ждала смерть, прикосновения считались осквернением властвующих господ.
– Ты права Валюха, лучше жить с тобой, хоть уверенность какая то будет в завтрашнем дне...
– Не переживай Костик, ты ничего не потерял! Неужели ты хотел бы попробовать заняться любовью с извращенкой? Царица Клеопатра была именно такой, для неё инцест обыденное дело...
– Ничего себе какие у них там дела творились в Египте...
Костя дотянулся до выключателя, и погасил свет, и в темноте прошептал:
– Ну, раз уж мне не светит прикосновение к царскому телу, то хотя бы,.. может законная жена не отошьёт?.. Уж, очень хочется припасть к неизбежным высотам третьего размера...
– Болбес... – раздался голос в темноте.
Ночь пролетела безумно, и страстно, а утро встречало рассветом, и головной болью от недосыпания. Костя на новой работе ходил по сменам, и тем временем, как супруга металась по комнатам одеваясь, прихорашиваясь, и нанося по-быстрому макияж, то он вальяжно раскинув руки по сторонам сладко сопел. Как же она завидовала ему сейчас...Не могла понять Валя, от куда у неё маниакальная привычка подглядывать за мирно спящим мужем? Вот нравилось ей и все: доставлять себе удовольствие в этом деле.Что за наваждение? Может ловила взглядом, такой ласкающий, и умиротворённый вид ...Вот и сейчас, не смотря на нехватку во времени, прежде чем выбежать на работу остановилась, и на время полюбовалось спокойно спящим Костиком... Послала невидимый, воздушный поцелуйчик, и скрылась за входной дверью.
Пару дней назад к ним как-то в гости занесло Ленку, Костик в это время задержался, а ей уж очень необходим был братец по какому то важному семейному вопросу. Валя, как гостеприимная хозяйка предложила кофе, и девчонки разговорились. Лена поведала, что тоже сменила работу, но осталась в РЖД. Так, по мелочам пока разговор не затронул самого интересного, что так волновал Валю с тех самых дней, как они возвратились из Вельховки. Что там скрывать? Если Костик молчит, словно воды в рот набрал, так поди сестренка не будет таить,.. уж не великая поди тайна. Валя выложила все те слова, которые произносила Ядвига на сеансе ...Что за обида которую может таить Костя на мать? И по Ленкиному выражению лица поняла, что попала прямо в цель. Ленка умолкла, хотя её болтливость при общении зашкаливает. Любит обсудить: и то, и это, и про тех, и про этих вместе с теми, косточки перемолоть. А тут умолкла, осторожно так поинтересовалась, словно не расслышала Валю с первого раза:
– Так и сказала эта гадалка? – выпучила удивленные глазища Ленка.
– Если хочешь, можешь не говорить... – сказала Валя в полной уверенности в обратном. Ещё бы Ленка промолчала. Сейчас, не дождётесь... Язык сам уже повернулся в нужном направлении, он же без костей. Правда не сочла лишним подстраховаться от санкций братца, и вопросительным голосом поинтересовалась:
– А, ты меня не сдашь братцу?
– Лен, ну зачем мне это надо? О чём ты?.. Я бы давно уже всё разузнала, но он молчит подлец. Понимаю, что это какая то тайна.
– Брат слишком воспринимает близко к сердцу, – Ленка допила кофе, и поставила в раковину, – короче, мы с Костиком могли и не родится ... Кто-то из нас точно. Думаю для тебя не будет новостью то, что мы разнояйцовые близнецы с братом?
– Это я знаю, – сказала Валя, – вы даже очень схожи.
– Да, только не характерами, – усмехнулась она, – я ещё та оторва. Так вот, я родилась быстро, и без проблем, а рождение братца стало для мамы мучительным испытанием, и врачи хотели кесарить, но она отказалась... Даже в том состоянии кричала, чтобы добавили дозу препарата, чтобы разродится быстрее. Для ребенка дополнительная доза смерти подобна, и он мог бы не пережить, даже не появившись на свет... Мы об этом узнали подростками, от маминой родной сестры. А, Костя на мать почему то затаил то ли злобу, то ли обиду... Я думаю, что тут сыграл юношеский максимализм... Все эти детские обидки, недопонимания. Да нам было по пятнадцать лет, но оставались то мы детьми...Он посчитал, что мама им рисковала...