– Тоже ты Лариска, советчицу нашла... Я с таким никогда и не сталкивалась. Но, скажу тебе одно: ты Лариса хоть обижайся, хоть нет, но Радка твоя, если водиться с таким типом, и не рассталась до сих пор, то дура явная. Бежать надо прочь от такого человека. Без оглядки бежать!
– Истина твоя! – согласилась Лариса, – вот и я ей говорю тоже самое. А она любит его!
– Господи... Убийцу? Любить?
– Признаться, они давно знакомы, – продолжила Лариса с тревогой в голосе, – давно это было. И он не раз приезжал к нам. И мне очень даже приглянулся. Но, это было когда? С тех пор столько воды у текло. Я ж не знала, что у парня с башкой не в порядке. А сейчас, он объявился, и дочь как назло развелась со своим...
– А что разбежались то? – полюбопытствовала соседка.
– Так кто ж его знает? Дочка хоть со мной откровенна всегда, но здесь, чувствую материнским сердцем не так все просто. Что-то здесь не чисто: говорит, что устали друг от друга. Ну как это возможно? Как же устали?.. Молодые сейчас по другим законам живут, и не разберёшь их... Мы с моим мужем: царствие небесное, и по всякому получалось, конечно недопонимания было, а как же? И даже много чего было, жизнь прожить, не поле перейти!.. Не гоже ребёнка травмировать своим разводом. Как-то все это плохо! И появление этого хахаля ни к чему хорошему не приведёт, и надо ж было ему сейчас появиться в её жизни?...
– Да Лариса... Ты права, беспокойства от детей, одно беспокойства, – понимающе заключила соседка, – он где-то в городе живёт?..
– Вот это меня и тревожит, что он рядом. Я боюсь, что он к ней вернётся, а она дурёха пустит в свою жизнь. Одно спасение, если полиция его обнаружит до того, как он подберёт к её сердцу ключи. Только в этом случае успокоюсь... А так, одно переживание.
– А ты Лариса попробуй с другого края подойти.
– Что ты имеешь ввиду? –насторожилась с интересом она.
– Может их ссора с супругом и не велика была? Поговори с зятем бывшим. Всякое бывает, погорячились ни как, и зря разбежались...Если он узнает, что твоей дочери реальная опасность угрожает, и пади уж чувства его не остыли к Раде? Да и ребенок у них, чем не повод вернуть всё вспять? Может остался шанс, как то семью спасти?..
* * *
Громов остался на ночь. В эту ночь Рита была той счастливой женщиной, которая в ожидании томительных перемен провела много времени в рутине жизненных забот, и вот наконец произошло то, чего она так ждала, и о чём не раз думала, и отгоняла мысли пологая в невозможность мнимых надежд. И не важно, что сомнения пытались выбить её из этого равновесия. Главное, что это произошло с ней. Ей было с ним очень хорошо в эту ночь. Громов был не плохим любовником, а Рита не балованная нежными отношениями, была благодарна судьбе... В каждой женщине до поры до времени дремлет дьяволица поддавшаяся непритязательным, но вполне жизненным страстям. Может на утро, когда раствориться сумрак, и будет стыдно и неудобно за эти мгновения страсти, а тем временем Рита наслаждалась радужными чувствами пробужденными его поцелуями, ласками, и нежными словами, что таинственным шёпотом разливались по её телу мурашками...
Она уткнулась ему в лечо, и долго не могла заснуть. От чувств, от перевозбуждения, и от тех мыслей, что сейчас за многое время радовали её. Когда солнечные лучи пробились в комнату, Рита была пробуждена трелью телефона. Он настойчиво добивался внимания хозяйки. В субботнее то утро, и кому такую рань понадобилась?
– Слушаю... – шепотом ответила она.
– Спите Рита Алексеевна? Доброе утро! – хриплый голос её начальника: майора Кудряшова убивал последние надежды на то самое доброе утро.
– Ну вроде как проснулась...
– Собирайтесь Рита Алексеевна... Придется сегодня поработать. Машина за вами придёт минут через тридцать...
– А что случилось?
– Узнаете на месте... Не телефонный разговор. Не теряйте время.
Вот так поворот... Громов уже проснулся, и разговор вразумил:
– Уходишь?
– Извини Громов, – более официально сказала она, – такое редко бывает, но бывает... Срочные дела. Что-то опять произошло в нашем Датском королевстве... Оставайся у меня пока. Отдыхай. Я постараюсь вернуться побыстрее.
Рита резко набросила халатик, и выпорхнула со спальной комнаты, и появилась уже в полицейской форме, которое так ей было к лицу. Строгая, и элегантная:
– Проголодаешься, в холодильнике найдёшь: всё что надо... Не скучай...
Дверь захлопнулась, и Громов поднялся, подошёл к окну, приоткрыл его, уловив холодный воздух, и задёрнул массивные шторы, которые пропускали свет. Комната вновь погрузился в мрак, а Пётр снова едва завалившись впал в сон.
Не прошло и полу часа, как в замочной скважине провернулся ключ... А затем, кто-то прошёл в комнату, процокав осторожно на каблучках, и юный голос воскликнул в темноте: