– Твой дед Валерьян сильно болен, – сказала Капитолина обращаясь к Вале, – и, его последней просьбой было желание увидеться с тобой: его родной внучкой. Он очень просил найти тебя. Он так долго ждал этой встречи, биться, что не успеет попрощаться! Он сильно болен девочка, надеюсь мне не придется тебя уговаривать принять нашу семью.
– Я обязательно познакомлюсь с дедом. – робко промолвила она озираясь на плачущую Антонину, – Скажите а, как погибла моя мама?!
– Думаю, лучше тебе расскажет об этом твоя приёмная мама. Антонина была свидетелем той трагедии, именно поэтому удочерила тебя, ей будет что тебе рассказать. Она волею судьбы стала твоей крёстной матерью. Да, Да, крёстная, спасшая тебе жизнь. Ровно в этот день. Благодаря своей мамочки Антонины: ты осталась целой и невредимой. История эта действительно тяжёлая, и страшная И, для меня тоже... – Капитолина замолчала, и лишь кивала головой, –да, тяжёлая, и страшная!
Валя обняла Антонину:
– Мамочка, ну что ты плачешь?
– Она вбила себе в голову бог знает что, – всплеснула руками Клавдия Степановна, – биться, что потеряет тебя. Надеюсь, что ты успокоишь её?
– Мамуль да ты чего? – Валя крепко обняла женщину, и поцеловала в лоб, – ты же знаешь, как тебя люблю? Мне поздно уже совершать поступки подвластные подростковому максимализму! Мне двадцать восемь лет исполнилось сегодня, если ты помнишь? – улыбнулась она, и вытерла слезу бежавшую по щеке Антонины, – двадцать восемь, представляешь? Взрослая тётка! Мамочка милая, не терзай сердце... Конечно подарок, который ты мне подготовила, действительно останется со мной до конца жизни, – у Вали самой накатились слёзы, но это от эмоций, не железная же она в конце концов, – расскажи мне как всё было... Мы должны поговорить мамочка!..
– Я долго размышляла о предстоящем разговоре. Неизбежно он должен был состояться, – с грустью призналась Антонина, – когда, эта женщина с помощью сыщика разыскала нас. Я сильно испугалась. И даже слышать не хотела, чтобы ты узнала правду. Как же мне было тяжело, и страшно представить, что придётся сознаться, что я не являюсь твоей родной матерью. Но, так уж вышло, что я действительно видела лицо смерти. Смерти той, что погубила твою родную мать.
* * *
Не смотря на конец зимы, в последних числах февраля 1985 года, в Сибири установилась суровая, морозная погода. Словно напоследок, перед долгожданной оттепелью зима решила покуражиться над людьми. Антонина Максимова, тридцати однолетняя работница железнодорожного цеха карьерной фабрики, в тот день заступила на своё рабочее дежурство. Работала Антонина: дежурным по железнодорожному переезду, что в тринадцати километрах от самого карьера растянувшегося на несколько десятков километров. Там добывали щебень: взрывая гранитную породу, и специальными вагонами – думпкарами транспортировали в цеха фабрики, а далее дробили, и составами отправляли для общего блага во все точки бывшего СССР.
В зимние часы сумерки рано опускаются на землю поднимая яркие звёзды в морозное небо. Кругом тайга, и лишь огромные сосны скрипя на ветру раскачиваются в белых шапках. Пару минут назад маневровый состав с порожними вагонами проследовал в сторону карьера, обратный груженый маршрут с щебнем ожидался не ранее как через два часа. Антонина раскрыла книгу, в предвкушении, чтобы как-то скоротать время. И неожиданно её привлёк голос прорывающийся сквозь завывание сильного ветра. Она вышла на площадку, но кроме холодного, завывающего ветра в темноте таилась лишь тишина, ни звука. Не успела женщина зайти в служебное помещение, как вновь разразился истомный крик. Эхом доносившийся из глубины леса, и дикие вопли, нарастающие, всё сильней, и сильней с каждым разом. Раздирающий вопль, слышался всё ближе, и ближе от которого становилось жутко. Антонина схватила фонарь, стала светить по деревьям настойчиво играя лучом света:
– Помогите, прошу, помогите! – прорывалась мольба, – умоляю!..