Кроме воплей, дополнялся надрывный плачь ребёнка. В темноте между деревьями, она явно углядела, кого-то, или что-то мечущееся в свете фонаря, там мелькали тени, их было несколько, происходила непонятная возня, на фоне белого снега это было видно отчётливо.
– Господи да что же это?... – всполошилась Антонина, и замешкалась, не в силах обладать с собой, словно оцепенела. Затем схватила, что под руку подвернулось, и поспешила туда, от куда доносился молящий голос. Сердце бешено пульсировало, когда она пробиралась через толщу снега. То, что предстало её взору парализовало разум. Стая волков, они трепали, терзали тело в окровавленном снегу. Нещадно отбиваясь бедная женщина кричала, крепко прижимая запеленованного в одеяльце ребёнка от крика которого можно было сойти с ума. Испытывая дикую боль, и ужас, женщина едва увертывалась не давая им выхватить лёгкую добычу, но хищники взяли её в кольцо. И слышен был рык, возня во круг. Антонина не помнит, как в порыве ужаса истошно закричала, как хватило сил, и мужества броситься на помощь, ей лишь удалось в этой кровавой агонии вырвать ребёнка, и острые как бритва зубы рвали уже её плоть. Жуткая боль, обжигающая, и нещадно рвущая тело. Она уже не слышала умоляющего зова жертвы, лишь возню, и клацанье клыков. Антонина упала с надрывно кричащем младенцем на землю, закрыла собой, завопила громко от боли. Два больших пса вырывая плоть с мясом вцепились в ноги, и от дикой боли она начала терять сознание. Внезапно по толстым стволам деревьев ударил свет прожектора, а затем раздался лязг. Гружённый состав приближался к переезду, и его звуковой тифон мощным рёвом оглушил лесную чащу, эхом отзываясь в глубь чащи отпугивая хищников. Волки отпустили добычу, и мерцая глазищами боязно стали отступать прочь в глубь леса. Антонина сколько есть сил поползла по снегу к переезду оставляя кровавые пятна на снегу. Боясь окончательно потерять сознание от ран она истошно кричала, и кричала...
В то день, ей удалось выжить. Только благодаря маневровому составу появившемуся в то время, когда смертельная угроза повисла над ней. Её заметили не сразу. Локомотивная бригада вытащила в беспамятстве Антонину. Она что-то бормотала, теряла сознание, ребёнок по-прежнему, не переставая надрывно кричал. Антонину с ребёнком погрузили в тепловоз, и вывезли в ближайший населённый пункт, где ждала "скорая". Это позже, когда она придет в себя на следующий день расскажет, что в лесу на растерзание осталась женщина.
Через три дня в палату пришёл следователь. Интересовался... расспрашивал подробности.
– Я мало что помню, – призналась она, – обрывками. Помню лишь страх, от которого в жилах стыла кровь. Я даже приготовилась к смерти.
Антонина пережила огромный шок. Труп женщины, так и не был идентифицирован. Из слов следователя, погибшая шла на железнодорожною станцию, что находиться совсем в противоположной стороне, редкий путник когда-либо пробирался через чащу таким опасным путём в потёмках, попросту женщина заплутала, что послужило раковой ошибкой, но к счастью ребёночек не пострадал. Врачи заботились пока Антонина находилась в больнице. Пресса не давала покоя. И поначалу фотография Антонина появлялась, то в одной то в другой газете, издательства на перебой предлагали интервью. Но, о той женщине, растерзанной до неузнаваемости труп которой нашли позже она ничего более не слышала никогда. Долго и мучительно для Антонины шло восстановление. Были порваны все связки на ногах, а в душевном плане из-за пережитого ужаса, ночи сопровождались сонными кошмарами, от которых она не в силах была избавится длительное время спустя много лет после произошедшего события. Антонина интересовалась девочкой, и после выздоровления навещала дом малютки куда ребёнок был помещён. И после долгих раздумий решила малышку удочерить. Вот, только это желание оказалось довольно сложно воплотить. Ей пришлось пройти сложный бюрократический путь, собирая кучу документов, встречаясь с людьми способными помочь, и ускорить процесс.
Антонине повезло что, заведующая "домом малютки", пожилая и тактичная дама всерьёз восприняла ответственное решение Антонины Михайловны:
– Вы же понимание дорогая моя, что это серьёзная обуза для вас. Вы ещё молоды... – говорила заведующая.
– Боже, какая обуза Клара Николаевна. Войдите в моё положение, да я ради этого ребёночка пойду на многое.
Заведующая польщена была словами, и не требовалось особых доказательств после того, как Антонина ценой своей жизнью спасала малышку.
– Не хотела вас обидеть, я имела ввиду ваше здоровье. Вам будет тяжко воспитывать одной.
За год до событий Антонина потеряла мужа, он ушёл скоропостижно после болезни, спутника жизни она больше и не пыталась искать переживая и эту свою трагедию в одиночестве.