Я чувствовал, как в груди растёт тяжесть вины и бессилия. Я не мог просто стоять и ждать. Это была моя ошибка — позволить ей уйти одной. Но теперь было поздно жалеть.
«Я найду тебя», — прошептал я себе, сжимая кулаки.
Мои ноги уже не слушались, я спешил прочь от лагеря, несмотря на слабость и холод. Мне казалось, что с каждой секундой она становится всё дальше, и с каждой секундой я теряю часть себя. Я шёл по влажной земле, всматриваясь в каждую ветку, каждый камень и следы Астелы не оставляли сомнений. Она была здесь. Я чувствовал, как напряжение внутри нарастает , злился и волновался одновременно. Как она могла просто уйти? Без слов, без предупреждения?
Когда я наконец увидел её — сгорбленную, с кошкой на руках, усталую, но живую — я сказал слова:
— Вот ты где. Не думала, что я тебя найду? Или просто решила, что я не достойный тебя?
Она резко обернулась, глаза сверкнули огнём:
— Ты правда думаешь, что я побежала, потому что ты плохой? — голос дрожал, но в нем была стальная решимость. — Я ушла, потому что не хочу быть никому обузой!
Моё сердце сжалось от её слов, но я не собирался отступать:
— Обуза? Ты думаешь, я считаю тебя грузом? Я думал, ты сильнее, чем это!
— Сильнее? Может быть. Но я не собираюсь прятаться в тени чьей-то жалости или ожиданий!
Я глубоко вдохнул, стараясь сбросить с себя раздражение:
— Ладно. Может, мы оба неправы. Но если мы хотим пройти этот путь, нам нужно учиться слышать друг друга, а не убегать.
Она посмотрела на меня, в её глазах появился намёк на согласие:
— Может быть, — произнесла тихо, — попробуем.
Я кивнул, и в этом простом жесте было больше обещаний, чем в тысяче слов.
Глава 8.
Мы шли медленно, осторожно ступая по мягкой траве, заставляя время будто замедлиться. Замок впереди казалась огромным чёрным пятном на фоне светлеющего неба, но мысли крутились не о ней, а о нас.
— Знаешь, — неожиданно начал Кельвар, — я всегда думал, что смелость — это делать то, что боишься. Но иногда я сомневаюсь, что у меня её достаточно.
Я повернулась к нему, разглядывая лицо, освещённое предрассветным светом. В этот момент что-то пронзило меня, мелькнула тёплая искра. Он выглядел уязвимым. Не таким, каким привык казаться. И я, вопреки себе, ощутила странное желание не отстраниться.
— Сомневаться — это нормально, — сказала я тихо. — Если бы никто не сомневался, мы бы давно шли по прямой дороге к пропасти.
Он немного улыбнулся — почти невидимо.
Внезапно между нами проскользнуло лёгкое прикосновение: я шагнула чуть ближе, чтобы помочь ему перепрыгнуть через поваленное дерево. Наши руки соприкоснулись, и этот момент длился бесконечно — хотя мы оба сразу отдернули руки, не говоря ни слова. Я почувствовала, как сердце бьётся быстрее, а он скосил глаза в сторону, будто боясь поймать мой взгляд.
— Ты не думала, что… — начал он, но потом замолчал, словно слова оказались лишними.
— Что? — спросила я с вызовом.
— Что между нами может быть что-то большее, чем просто дорога и опасность, — тихо произнёс Кельвар.
Я молчала, потому что не знала, что ответить. Не потому что боялась, а потому что боялась осознать, что в этих словах было больше правды, чем хотелось признать. Вскоре перед нами возникла глубокая расщелина. Пройти её можно было только по хлипкому мостку из веток. Я первой вышла на него, ощущая, как древесина скрипит под ногами. За мной осторожно последовал Кельвар.
— Не потеряй меня, — бросил он с тихой угрозой в голосе.
— Не боюсь потерять, — ответила я, стараясь звучать уверенно, но внутри меня забился страх.
Когда мы оба оказались по другую сторону, он облегчённо вздохнул и протянул руку. На этот раз я не отняла свою, и наши пальцы сцепились крепко. Этот простой жест сказал больше, чем тысячи слов. Мы продолжили путь, но в воздухе повисло невысказанное напряжение, словно между нами протекал невидимый ток.
— Ты… никогда не думала, — начал я, чтобы прервать молчание, — что мы оба боимся не только этой башни, но и того, что придётся признать свои чувства?
Я посмотрела на него с искренним удивлением и холодной решимостью.
— Я не боюсь чувств, — ответила я. — Я боюсь быть слабой и зависеть от кого-то.
Он кивнул, как будто уважая мой ответ.
— Может, именно поэтому мы вместе — чтобы быть сильнее, — тихо сказал он.
Я хотела возразить, но слова застряли в горле. Вместо этого я сжала руку в его ладони, и он ответил таким же жестом.Мы шли дальше, и между нами уже не было дистанции, но и не было ещё тепла. Было ожидание, напряжение, и осознание того, что эта дорога меняет нас обоих и, возможно, скоро изменит навсегда.