Я бросила взгляд в его сторону, и на мгновение что-то пробежало между нами — искра, которая в обычных условиях могла бы означать многое. Но сейчас — только подозрение и осторожность.
— Мы не обязаны быть вместе, — тихо сказала я. — И, честно, я не хочу, чтобы кто-то считал меня своим грузом. Я могу идти одна.
Кельвар сжал кулаки, но промолчал.
— Хорошо, — наконец сказал он, — но если что-то случится — я не оставлю тебя одну.
Замок предстал перед нами словно живое, дыша вековой тайной и забвением. Его высокие, изрезанные временем каменные стены, покрытые мхом и трещинами, казались неприступной крепостью, упрямо стоящей на страже древних секретов. Крепостные башни возвышались над землёй, их зубчатые вершины словно режущие небо, отражали последние отблески заходящего солнца, придавая всему сооружению зловещий силуэт.
Внутри замка царила гнетущая тишина, нарушаемая лишь отдалённым эхом моих шагов по каменным плитам пола. Пыльные окна с витиеватыми рамами пропускали слабый свет, окрашивая стены в тусклые оттенки серого и охры. По углам таились тени, в которых прятались незримые истории и загадки прошлого. Монстр вынырнул из мрака словно кошмар, оживший из самых тёмных легенд. Его тело было огромным, покрытым жесткой чешуёй, сверкающей в лунном свете будто сотни острых кристаллов. Мускулистые лапы с длинными, искривлёнными когтями врезались в землю, оставляя глубокие следы, а глаза горели кровавым, злобным светом, пронзая насквозь.Из пасти, полной острых, словно кинжалы зубов, вырывался едкий пар, а от дыхания монстра трещали сухие ветви и шелестел подсохший лист. Его тяжелое дыхание гулко отдавалось в ночи, словно предвестник надвигающейся смерти. Он медленно приближался, издавая низкое рычание, которое вибрировало в груди и заставляло кровь стыть в жилах. Каждый шаг казался землетрясением, а из-под ног вздымалась пыль и мелкие камни. В его облике была дикая, первобытная ярость, смешанная с холодным хищничеством, словно он давно ждал этой встречи. Когда он нанес удар, могучая лапа с когтями взмыла в воздух, оставляя за собой разрез в ночи. Казалось, эта сила способна сокрушить всё вокруг, но Кельвар не дрогнул, встретив монстра взглядом и приготовившись к решающему столкновению. Кельвар тяжело дышал, отступая назад, оглядывая раненую руку, с которой капала кровь. Монстр стоял перед ним, готовый нанести следующий удар, но в его глазах уже читалась растущая усталость.
— Астела, — сказал Кельвар, сжав зубы, — нам нужно забрать манускрипт. Это единственный шанс понять, как остановить этот кошмар. Я не могу больше сдерживать его.
Я взглянула на него, видя в его глазах боль и решимость. Мои руки дрожали, но я знала, что мы не можем сдаться сейчас.
— Кельвар, если ты не в состоянии, я возьму на себя — сказала я, пытаясь звучать уверенно.
Он покачал головой, ухватился за мою руку и крепко сжал.
— Нет, мы должны действовать вместе. Манускрипт — наш ключ к спасению, и он не должен остаться здесь.
Монстр издал угрожающий рев и снова двинулся на нас, но в этот момент я почувствовала, как между нами пробежала та самая искра , смесь страха и решимости, которая сделает нас сильнее. Кельвар стиснул зубы, отбиваясь от чудовища, нанося молниеносные удары по его чешуе, каждый из которых срывал глухой рев. Его дыхание было прерывистым, и в глазах мелькала боль, но он не отступал — он боролся за свою жизнь и за нашу общую надежду. Пока он отвлекал чудовище, я бросилась к старинной кафедре, на которой лежал манускрипт. Его пожелтевшие страницы были исписаны непонятными символами и древними знаками, источающими таинственную энергию. Сердце застучало быстрее — это была наша единственная надежда.
Я быстро положила манускрипт в сумку, не забывая при этом о времени. Вдруг взгляд упал на два меча, прислонённых к стене холодные, острые, словно ждут своего часа. Я схватила их, чувствуя тяжесть и мощь в рукоятках. Мы бросились бежать, сердце колотилось так громко, что казалось — оно слышно даже чудовищу позади. Кельвар держал мечи в руках, готовый защитить нас, а я сжимала сумку с манускриптом, чувствуя, как каждая секунда на вес золота.
Глава 9. Манускрипт.
Мы остановились у тихой речки, спрятавшись среди густых ив и камышей. Вода мягко журчала, словно сама природа пыталась унять трепет наших сердец и усталость тел. Кельвар, всё ещё побелевший от боли, сел на пригорок, а я, осторожно опустившись рядом, развернула свою аптечку , была старая ткань уже напоминала изодранное полотно, но в ней хранились наши надежды на выздоровление.