Глава 10. Ритуал
Дорога в Лунвуд тянулась бесконечной чередой теней и тишины. Кельвар пытался поддерживать разговор, рассказывал истории из детства, я улыбалась — но сердце колотилось так, будто пыталось вырваться из груди. В воздухе висел густой, липкий страх, словно сама ночь знала, что впереди.
— Чувствуешь это? — прошептал Кельвар, сжимая мою руку. — Город будто затаил дыхание.
— Я знаю, — ответила я, — но мы должны пройти.
Мы нашли трактир и маленькую комнату. Кельвар снял броню, я помогла ему, ощущая тепло его тела, которое давало странное облегчение. Но тревога не отпускала ни на минуту.
— Нам осталось два дня до ритуала, — сказал он, и в его голосе звучала опаска.
Я открыла манускрипт:
— Ритуал Кровавой Луны проводится при багровой луне. Чертим круг из семи линий, кладём в центр символические вещи города : землю, камень и капли нашей крови. Ровно семь раз капаем кровь, зажигаем огонь по краю круга и шёпотом произносим древние слова. Эллигаты теряют силу и исчезают.
— Два дня, — тяжело выдохнул Кельвар.
— Если бы не ты, я бы уже сдалась, — сказала я.
— Вместе мы сила, — улыбнулся он.
Ранним утром мы выехали к Лунвуду. Тропы леса были покрыты густыми тенями, казалось, кто-то следит за каждым шагом. Въехав в город, сердце сжалось: дома разбиты, улицы пустые, дым клубился из обломков. Старик повёл нас к центру города. На мосту мы увидели хаос: эллигаты почти побеждали народ. Ночь наступила, багровая луна взошла, её свет рвал мрак на клочья, тени шевелились, как живые существа. Холод сжимал кожу и кости, дыхание становилось прерывистым. Я опустилась на землю, дрожа, чертя круг семи линий. Эллигаты шли на нас, их тёмные силуэты скользили по улице, их шёпоты звенели в ушах. Кельвар стоял рядом, меч наготове, отбивая тех, кто пытался прорваться к центру круга.
Каждое движение была борьба за жизнь города. Я колебалась, сердце бешено стучало, но затем ровно семь раз капала кровь на линии круга. С каждой каплей воздух становился плотнее, будто сама ночь пыталась остановить нас. Пламя огня по краю круга вспыхнуло резким взрывом тепла, обжигая руки, и контур замкнулся. Эллигаты рванули к центру, но их движения стали замедляться. Я шёпотом произнесла древние слова, каждая фраза выходила с усилием, словно сама энергия города сопротивлялась. Темнота сжималась вокруг, крики существ превращались в хриплый шёпот, их тела искривлялись, и одна за другой они растворялись в воздухе. Кельвар держал меня за руку, глаза горели решимостью.
— Мы сделали это, — сказал он, его голос дрожал от напряжения.
— Вместе, — шептала я, чувствуя, как тело расслабляется только сейчас, когда угроза почти исчезла.
Багровый свет луны постепенно угасал, оставляя лишь лёгкую тревогу и ощущение победы, которое мы добыли ценой силы и смелости. Мы стояли плечом к плечу, готовые к новым испытаниям, зная, что город жив, а ритуал сработал.
Глава 11. Все позади.
Мы стояли в центре Лунвуда, окружённые остатками огненного круга, и наблюдали, как последние пылинки проклятия растворяются в ночном воздухе, уносимые лёгким ветерком. Сначала была тишина тяжёлая, напряжённая, будто сама земля выжидала, проверяя, удалось ли нам победить. Я чувствовала, как сердце бьётся слишком быстро, а ладони Кельвара крепко сжали мои, передавая тепло и уверенность, которых мне так не хватало в течение всего пути.
— Оно… исчезло, — прошептала я, не сводя глаз с мерцающих остатков ритуала.
Кельвар медленно кивнул, глаза его блестели в багровом свете луны. Он приблизился, и я ощутила, как напряжение спадает, как будто сама тьма, которая до этого давила на нас, теперь отступила.
— Ты была невероятной, — сказал он тихо, почти робко, — я никогда не сомневался в нас… но ты… ты превзошла всё, что я мог представить.
Сердце застучало быстрее, и я ощутила странное тепло в груди. Я улыбнулась, пытаясь скрыть слёзы, которые уже подступали.
— А ты… всегда рядом. Даже когда было страшно, — ответила я, ощущая, как слова сами вырываются наружу. — Я не знаю, как бы я справилась без тебя.
Он обнял меня крепко, и я почувствовала, как его дыхание согревает спину, как будто сама близость способна закрыть все раны и страхи, накопившиеся за эти дни. В этот момент мы не просто стояли рядом , мы были единым целым, и никакая тьма не могла нас разлучить.