- При мне Комми никого не кидал и с расчетом не обманывал.
- Может быть... Может быть...
Мельник поднялся, махнул рукой мне и Лехе, и пошел к вершине холма.
...
Уходившие монолитовцы словно растворились в сумраке, накрывшем Зону после выброса. Один из них еще минуту держал группу на прицеле, потом и он исчез. Лось смотрел вслед Мельнику, на него глядела его группа в полном составе, а он в первый раз в жизни не знал, что приказать людям.
Интермедия. 2006 год
Тот самый первый выброс оказался и самым сильным. Его он застал на открытом месте, на берегу. Яркий свет со всех сторон, облака в небе исчезают вместе с тенями. Показалось, что снова шарахнул еще один энергоблок и он машинально повернулся в сторону АЭС. В той стороне стоял серый туман. Потом его накрыло. На мгновение он перестал видеть, затем зрение вернулось, но исчезли цвета. Мир был черно-белым, совершенно без полутонов. Белая трава и песок, черные и белые деревья, абсолютно прозрачная вода, черное небо и в нем яркие-яркие звезды. Казалось, что тело насквозь пронизывает горячий ветер. Уцелевшим краем сознания он понимал, что по-прежнему стоит на берегу Припяти, что никакого ветра нет, слышал плеск воды, но реальным в тот момент казалось только небо. Среди созвездий не было ни одного знакомого. Земля под ногами исчезла. Он стоял среди звезд, один и понимал, что каждая звезда - это чья-то жизнь. Он - тоже звезда, одна из многих. Хватающиеся сейчас за головы сталкеры, военные на вышках, ученые в лабораториях Припяти - сейчас эти люди умрут и их звезды погаснут. Кто-то уже умер, не выдержав повышенного напряжения в сети...
В сети?.. Разум ухватился за знакомую аналогию. Если есть сеть, то ею можно управлять. Ее элементы только кажутся самим себе самостоятельными. Нужно подать на вход подходящий сигнал и элемент отзовется, даже если он кажется сгоревшим. Вон там только что была крупная звезда. Она погасла у него на глазах секунду назад. Нужно перенаправить энергию. Как это сделать? Откуда она идет? В этот момент звезда снова загорелась. Мерцала, но горела. Что-то он только что сделал с нею. Что?..
Все кончилось. Мир стал прежним, сразу заморосил мелкий дождик. Ноги не держали, он опустился на речной песок. Огляделся. Вокруг все осталось, как было. Что произошло? Он подобрал связку рыбы и быстрым шагом пошел к своему садовому домику.
- Мессер, ты как? Живой?
Мельник вошел в домик, осмотрелся, бросил рыбу на стол, прошел в комнату, склонился над лежавшим на полу человеком. Порогал пульс на шее. Живой... Теперь ватку смочить нашатырем и дать нюхнуть.
- Фууууу! - Лежавший отмахнулся, открыл глаза, - Что тут было, Мельник?
- Не знаю. На станции что-то произошло.
- Меня как ломом по башке приложило, - Мессер, которого в его группе называли Стрелком, приподнялся, сел и потер затылок, - Думал все. Инфаркт, или там инсульт, хрен редьки не слаще.
- Не только тебя, - Мельник выбросил ватку в мусорный пакет.
- Ты о себе?
- О твоих ребятах.
- Думаешь хана?
- Думаю, что не нужно вам было тогда таскаться на АЭС. И сейчас они тоже зря туда пошли.
Мессер поднялся с пола, сел на диван, вытащил пачку сигарет. Мельник тем временем снял дождевик, стянул свитер и поправил кобуру на бедре.
- Сейчас чайник поставим... - Со времен работы на ЧАЭС осталась привычка каждый разговор начинать, как приемку смены - стаканом чая, или кофе. Помогало сосредоточиться.
Мельник зажег газовую плитку. Баллон был уже почти пустой. Нужно будет пройти по соседним дачам, поискать полный. Из подвала вылез серый кот, посмотрел на него, мяукнул.
- Васька! - позвал Мессер, - Кс-кс-кс...
Кот посмотрел на него и зевнул. Подошел к Мельнику, потерся об ноги. Тот сказал:
- Рыбу чует, обормот... Мышей иди ловить! - однако вытащил из пакета карася и отдал коту. Тот ухватил его и потащил в угол.
Мельник поставил на огонь сковородку и чайник.
- А, так ты рыбы добыл? - Мессер уже окончательно пришел в себя.
- Да, как раз возвращался, когда это началось.
- Я, кстати, с чем-то похожим уже сталкивался, - сказал Мессер.
- Вот как?.. Когда и где?
- Как раз когда на станцию ходили. Я рассказывал тебе. Там дверь была с кодовым замком, которую мы открыть не сумели. Так вот рядом с нею было точно такое же ощущение, как сегодня. Отошел от нее - оно пропало.