- У него жар. К врачу бы его...
Долговец кивнул.
- К нам надо, на "Агропром". Фельдшер посмотрит.
- Не поможет ваш фельдшер, - Мельник присел на ящик, вытащил сигареты и закурил.
- Это у него после выброса. Бывает такое. Человек и в зомби не превращается, но и не отпускает его. Фельдшер, короче, не поможет. Обычно через сутки человек приходит в себя, но у него это затянулось. А то, что снова теряет сознание - вообще плохой признак.
- А ты сам? - я с надеждой посмотрел на него.
Мельник покачал головой.
- Тут я бесполезен. Но знаю, кто может помочь.
- Кто?
Мельник посмотрел на Лося.
- Ты знаешь, кто такой Лесник?
- Никто не знает, кто такой Лесник, - ответил Лось, - Говорят про него много, но чтобы кто-то видел - таких не знаю. А рассказывают по-моему сказки.
- Хочешь проверить, сказки ли?
- Шутишь? - Лось и Щуплый переглянулись, потом посмотрели на носилки, на которых лежал Леха, - Далеко тащить?
- Тащить не придется... - Мельник отбросил в сторону окурок и поднялся.
- Ты как, идти можешь? - спросил он у долговца.
- Могу. А что?., - действительно: по долговцу совсем не было видно, что еще этой ночью он собирался отдать концы от заражения крови.
- А то... Фокусы давно видели, ребятки?
Глава третья
Мельник отрезал от мотка два куска каната, метра по три длиной. Привязал концы веревок к ручкам носилок. Посередине свернул веревки скользящей петлей. Огляделся. поднял с пола серебристую бумажку от чая.
- Смотри, Студент.
В руках у него оказался контейнер с найденным на "Ростоке" "грави". Лось, Щуплый и Клыков вытянув шеи заворожено смотрели на то, как он обертывает артефакт фольгой, снова сует в контейнер и контейнер крепит в петле над носилками. Закрепил, разжал пальцы, но контейнер к моему удивлению не упал. Наоборот: он вел себя, как будто надутый гелием воздушный шарик. Канат натянулся, один из углов носилок даже оторвался от пола.
- Ну ты, блин, прямо этот... Акопян! - Лось восхищенно покрутил головой, - Слышал, что "грави" может вес у предметов снижать, но вижу в первый раз. А фольга зачем?
- Вроде как активатор... Не спрашивай, как это работает. Я сам не знаю. Берите носилки, нам надо спешить. Парень плох, а пройти надо километров пять и не по ровному.
Я взял носилки, которые почти ничего не весили, сзади, Лось спереди и мы двинулись...
...
Шли мы быстро. Носилки с лежащим на них Лехой, почти не давили на руки и мы не менялись. За четыре часа сделали только одну короткую остановку. Дело уже шло к вечеру, когда Мельник сбавил темп и начал оглядываться, как будто искал какие-то приметы. Пару раз он сворачивал на почти незаметные тропки между деревьями и наконец вывел нас к маленькой железнодорожной станции. Узкоколейка заросла травой, рельсы проржавели, но двухэтажное здание из белого кирпича, в котором раньше размещалась ремонтная бригада, выглядело совершенно целым. Даже стекла в окнах были на месте.
- На месте... - выдохнул Мельник, - Так, ребята, что он будет говорить - делайте и лишний раз языком не болтайте. Поняли?
Мы промолчали. Из-за здания донесся звук резкого удара. Дрова там колют, что ли? Потом из-за угла вышел седой старик и приглашающе махнул нам правой рукой. В левой действительно был топор.
- Пошли, приглашает.
- Мог и не пригласить? - тихо спросил я.
- Мог - ответил Мельник.
- И что тогда?
- Повернулись бы и обратно пошли. Помолчи пока.
Мы подошли к старику. Вблизи он уже не казался очень уж старым. Лет пятьдесят, от силы. Только волосы совсем седые и от этого он издали казался совсем древним.
- Здравствуй, Лесник, - поприветствовал Мельник хозяина. Тот кивнул в ответ, махнул рукой на сарайчик во дворе.
- Вон там располагайтесь. И этого - он показал на Леху - тоже туда. Я сейчас подойду.
Мы потащили носилки в сарай. Там было чисто. В углу стояла железная печка, вдоль стен шли широкие нары. В дальнем углу стоял стол.
- Аскетично, - сказал Щуплый, оглядываясь, - Вон туда, на топчан ставь.