- Уверен. “О-сознание” до большого выброса поддерживало довольно тесные связи с окружающим миром, - я показал на стопку скоросшивателей. - В документах полно упоминаний о заказанных приборах и программном обеспечении. Шло это всё конечно через Сестру, а денег у Лебедева, насколько я понял, было, как у дурака махорки. Но если замок где-то сделан, то и дубликат ключа там найдётся. Сам ключ - это электронная карта и наверняка она универсальная.
- Отправить папку мы конечно можем, но Припять…
- В том-то и дело. За доступ в Х-10 они там отдадут, что угодно. А если спросят, где я папку взял, то скажу, что в “Юбилейном” лежала, в сейфе. Поэтому так хорошо сохранилась.
- Это очень опасно. Но если ты хочешь, то я всё для тебя сделаю.
- Пока не будем спешить. Мне нужно вернуться на Янов. Там будет видно.
- А почему ты считаешь, что у Лебедева было много денег? - спросила Стрела, пробуя сваренную мной кашу.
- Подумай сама: оборудование, оружие, снаряжение - всё это не с неба свалилось. Те костюмы, в которых до сих пор половина “Монолита” ходит, как раз тогда и завезли. До сих пор запасы не кончились. А их винтовки штурмовые под натовский патрон? А приборы, компьютеры, программное обеспечение? Представь, во что это обошлось. Тут вообще деньги не считали и ты как хочешь, но профессор кем угодно был, только не бессребреником. А ведь финансирование так просто не выделяют! Видимо, он что-то такое сумел продемонстрировать заказчикам, на тему контроля сознания и я даже знаю, что.
- Нас!? - Стрела резко вскинула голову.
- Да, вас. “Единство” - общество, где все выполняют любые приказы и при этом все счастливы.
- Нет! - на глазах Стрелы блестели слёзы. - Невозможно! Всё это было…
- Это стоило любых денег с точки зрения политиков за периметром.
- Не может быть!
Она заплакала уже по-настоящему и я положил руку на её вздрагивающую спину. Можешь не верить, девочка, но наверняка всё так и было. “Свобода - это рабство” - и вы беспрекословно выполняете приказы. “Война - это мир” - и вы сражаетесь друг с другом. Всё ради того, чтобы кто-то мог продолжать свои опыты с ноосферой. Удивительно, что часть из вас не поддалась этому безумию.
А когда Лебедев утратил контроль над вами, он решил, что вас стало слишком много и бросил “Чистое небо” в самоубийственную атаку на АЭС, пожертвовав заодно и группировкой.
Глава двадцать вторая
Глава двадцать вторая
Когда мы вернулись на Янов, Черепа там не было. Спросил у часового, где шеф. Тот ответил, что ушёл к бункеру. Ну, на нет и суда нет. Подождём. Собираясь устроиться, как обычно, в стоящих рядом с вокзалом вагонах, мы прошли вокзал насквозь и наткнулись на Шофёра. Поздоровавшись, хотел было пройти мимо, но тот спросил:
- Слышь! Тут двое парней спрашивали какого-то Дао, не знаешь его? - и улыбнулся ехидно.
Ясен пень: он-то отлично знал, что так меня наёмники называли.
- Череп про них в курсе?
- Конечно. Он и пошёл узнать, с кем и о чём они у бункера говорили. Оттуда пришли, с той стороны.
- Мне что-то передавал?
- Сказал: пусть сам разбирается, если объявится.
- Понятно… - Я кивнул. Конечно! Кому ещё, как не мне? - Где они?
- У моста что-то найти пытаются. Но на ночь сюда приходят.
- А это не они там топают?
Шофёр оглянулся и посмотрел в ту сторону, где на путях стояла платформа со слежавшимся углём (которым, кстати, зимой отапливается единственная утеплённая комната на вокзале).
- Вроде да…
- Глянь в бинокль, - сказал я Стреле. - Вдруг узнаешь их?
Так и не снявшая респиратор Стрела вытащила бинокль из футляра на поясе, поднесла к глазам, потом посмотрела на меня так, что я понял: узнала. Ну, тем лучше! На ловца и зверь бежит.
- Тогда пока в крайнем от моста вагоне будем.
Туда мы и пошли. К тому времени, как двое наёмников подошли к повороту, я уже ставил на плитку котелок с водой и поджог под ним таблетку сухого горючего, а Стрела с безразличным видом отдыхала у крайнего окна на одном из двух уцелевших деревянных “диванов”. Остальные давно были разобраны на дрова, а сам вагон был изрядно замусорен.