Длинный коридор из моего сна все тянулся и тянулся, как бесконечный сериал. Серый свет из запыленных окон и красный туман впереди. На самом деле тумана конечно не было, но я его видел. Я отстраненно наблюдал будто бы со стороны, как мы шли, поворачивали и снова шли мимо каких-то помещений, мимо старого, ржавого оборудования. Отпавшая штукатурка, облетевшая краска, хлам под ногами. Пыль , кружащаяся в воздухе. Передо мной покачивалась спина Бродяжника. Сзади глухо топали ботинки. Потом коридор кончился. Мы вышли в залитый красным сиянием зал.
Обелиск в углу зала, не бросался в глаза. Он был почти того же цвета, что и бетонная пыль на полу, которая смешалась с сажей старого пожара - черно-серый, глянцево отблескивающий на гранях. Высокий, почти под провалившуюся посередине крышу зала.
- Это... монолит? Тот самый? - спросил Леха сзади.
- Да, - Проронил Бродяжник. Посмотрел на меня и добавил: - Иди, брат. Тебя ждут.
Монолитовцы отошли в сторону, сели на пол, совершенно одинаково положив оружие рядом. Уставились на кристалл. Леха, глядя на меня, тоже отошел к ним. Присел на корточки и прислонился спиной к стене.
На половине пути к кристаллу я заметил рядом с ним человека. Черный комбинезон на темном фоне не выделялся и разглядел я его только после того, как человек шевельнулся, плавно переместившись с поворотом в сидячей позе "сейдза". Я подошел.
- Приветствую, - Его слова сопровождались коротким поклоном.
- Конничива.
Раз уж человек кое-что смыслит в ритуалах каратэ, то почему бы его не поприветствовать по-японски? Я опустился на левое колено, положил справа автомат, опустился на правое. Сидеть пришлось, что называется: "по-женски". Ботинки мешали принять правильную позу и пришлось опираться на пальцы ног.
Мой собеседник кивнул и сказал.
- Прости. Следовало встретить тебя более достойно. Но времени нет.
- Не стоит беспокоиться об этом, - Ответил я.
- Сейчас придут твои друзья. До этого мне нужно кое-что рассказать тебе.
- Мои друзья?
- Оператор. И с ним представители группировок. Нам нужны свидетели того, что произойдет.
- Что же?
- Об этом я и хотел поговорить.
Лица у него видно не было. Черный капюшон, под ним маска-балаклава, тоже черная. Глаза закрывали очки. Только теперь я разглядел слева от него небольшой автомат незнакомой мне конструкции. На руках перчатки. Если бы не потертый вид снаряжения и явно боевой вид автомата, то я бы решил, что он собирается играть в пейнтбол. И автомат справа, где и положено лежать оружию.
- Здесь меня зовут Сенсэем. Мое настоящее имя не важно, как и твое. Важно только то, что произойдет.
Я молчал, слушал.
- Ему - он бросил взгляд на кристалл - необходим проводник в этом мире. До недавнего времени проводников было несколько. Уже полгода, как он один. Это - я. Остальных больше нет...
Сенсэй помолчал несколько секунд, потом продолжил:
- Собственно самым первым проводником как раз я и был. Несколько лет назад мы пришли на станцию. Я отстал от группы и случайно зашел в этот зал. Заметил кристалл. Прикоснулся к нему. Он спросил меня, чего я хочу. Предложил власть и счастье. Я был молод и глуп, сначала говорил, а потом думал. Я сказал, что единственная власть, которая чего-то стоит - это власть над собой. Кристалл согласился с этим и дал мне эту власть. Выяснилось, что власть над миром - это то же самое. Я научился менять его по своему желанию.
Я испугался тогда. Ушел из Зоны. Те, кто знал меня здесь, забыли меня. Но и за периметром я долго пробыть не смог. Ответственность была слишком велика, последствия моих действий невозможно было предсказать.
- Карма?
- Да. Именно так: карма. Поступки как камни, которые бросаешь в воду. От них идут волны. Некоторые постепенно затихают, а некоторые обрушиваются на берег, как цунами. Но ты ведь и сам это знаешь?
- Знаю. Мне есть, что вспомнить.
- Мне тоже и не все из этого мне хочется вспоминать. В общем я вернулся сюда и понял, что все плохо. Сюда приходило слишком много людей. Кто-то просил несбыточного, кого-то его желания убивали, но были и те, желания которых исполнялись. Этот мир понемногу начал смешиваться с тем, откуда пришел он, - Сенсэй снова посмотрел в сторону черного обелиска.